Продолжение. Начало "Непали сет": http://www.veslo.ru/2001/othet/teresh/nepal/nepal.html

 

МОЗАИКА РЕК


 

… День катился к вечеру, но солнышко стояло еще высоко, отражаясь в каждой капельке хрустального ручейка, срывавшегося с берега напротив стоянки. Рафты, втащенные на прибрежные камни, были похожи на отдыхающих китов. Сплавной народ с упоением прыгал с высокого - метра четыре - обломка скалы в голубую гладь Боти Коси, выплывал в улово и снова карабкался на скалу. Макс, стиснув зубы, втащил на камень свой красный каяк, утвердил его на краешке, а дальше, не торопясь, со вкусом угнездился в нем, пристроил юбку и небрежно принял весло от нашего гида, поданное ему чуть ли не с поклоном. Вот так великие артисты готовятся к выходу на сцену. Публика, едва уместившаяся на макушке скалы, замерла в ожидании, а худенькая девушка из Швеции с придыханием прошептала: "Неужели прыгнет?". Макс прыгнул. Высоко взметнулась белая пена, мелькнула остроконечная корма, и вот уже Макс, отфыркиваясь, вынырнул, - даже не перевернулся. Девушки с визгом захлопали в ладоши, а мы с Янисом чуть не полопались от гордости - знайте наших!..

 

ТРИСУЛИ

Трисули в тех местах, где мы плавали, широкая полноводная река голубовато-молочного цвета. Видимо, река размывает известняки, поэтому вода, хотя и чистая, не прозрачная, а как бы с белесым налетом. Трисули (в переводе с непали - трезубец) начинается высоко в горах с трех истоков. Правда, понятие "высоко в горах" весьма относительно, вероятно следовало бы сказать "очень высоко в горах", так как речка течет в глубокой горной долине, хотя и не каньоне, время от времени намывая шикарные пляжи с белым песком. До точки старта мы ехали на автобусе, специально заказанном турфирмой "Экватор Экспедишн", вдоль левого притока Трисули Макеш Кхола, скорее ручья, чем реки. Примечательно, что местные жители на этом ручье занимаются производством щебенки и цемента, причем чаще всего кустарным способом. На самой же Трисули процветает рыболовство и… добыча золота - тем же способом. Во всяком случае, добычу золота в промышленных масштабах увидеть нам не довелось, а вот ручное "мытье" наблюдали. И если бы не палящее солнце, банановые рощи, встречающиеся время от времени на береговых полочках, бродящие по берегам мартышки и увитые лианами деревья, вполне можно было бы вообразить, что ты на Клондайке.

Впрочем, девятерым бездельникам, коими, по сути, мы являлись, не было никакого дела до золота, равно как и обслуживающему нашу группу персоналу - шестерым непальцам, приехавшим на автобусе вместе с нами. Всем, кто не плавал на рафте, было чем заняться, например, каякерам - Борису, Максу и Валдису. Каяки (два Perception Phat и Necky Jive), предоставленные турфирмой, были, по-видимому, впервые за этот сезон извлечены из запасников, о чем свидетельствовали толстый слой пыли и обильная паутина в кокпите. Кроме того, в каячном комплекте полностью отсутствовали какие-то детали, мне, естественно, не известные, однако их отсутствие весьма огорчило каякеров, хотя и не повергло в уныние. Так что каякеры были заняты доведением своих плавсредств до ума, два рафтовых гида надували наше объемистое судно, повара готовили ланч, а всем остальным решительно нечего было делать. И хотя за недельное пребывание в Непале мы попривыкли к положению буржуев, буржуйство на сплаве легкой жизнью не назовешь - сильно утомляет.

После ланча каякеры уже наслаждались кувырканием в теплой трисульской воде, но экипажу рафта пришлось пройти через нелегкое испытание. Для начала наш непальский гид Дипак спросил, занимался ли кто-нибудь из нас рафтингом. Мы честно ответили, что конкретно рафтингом нет, а вот катамаранингом доводилось, причем довольно активно. Андрюха, например, имеет на своем счету чуть ли не все эталонные шестерки, да и Рита не намного от него отстает. Это нам нисколько не помогло, и пришлось выслушать наставления Дипака по поведению на воде и инструкцию о применении весла и морковки, причем лекция проводилась на английском. Время от времени Нилс, зная, что некоторые из нас не очень хорошо владеют английским, брал на себя труд переводить какое-нибудь наставление на русский. Так, например, на двух языках нам объяснили, что рафтовое весло состоит из трех частей: рукоятки, лопасти и цевья между ними. Что держаться надо за рукоятку, а грести лопастью - примерно вот так, как показывает Дипак. Иногда Нилс или Янис, для которых ни русский, ни английский, ни непальский языки не были родными, называли гида Дубак, совершенно не понимая, по какой причине мы так яростно пытаемся не прыскать. Инструкцию по метанию морковки с борта рафта мы тоже прослушали. Самой полезной частью лекции было перечисление команд, которые Дипак собирался давать нам на сплаве, а мы должны были неукоснительно выполнять. Команды такие: "паддл форвард… бэк… хард" - соответственно грести вперед, назад и надрывая пупок, "холд он" - схватиться за обвязку рафта, "гет даун" - в один секунд скатиться на днище рафта, при этом желательно не упустить весло, не задавить гребца с противоположного борта и не разбить ему лицо рукояткой. По ходу дела мы узнали, что "хоул" - это бочка, а при попадании в воду надо немедленно грести к берегу. Если плыть к берегу не хочется или не можется - да и Бог бы с вами, вас и так спасут, но надо обязательно дать знать Дипаку, что вы живы. Если с вами все в порядке - откройте глаза, а если не в порядке - закройте. Самое главное - не перепутать.

Кроме того, что мы прослушали великолепную лекцию для чайников, Дипак всех нас поочередно заставил лезть в воду - дабы окончательно убедиться, что воды мы не боимся. Я честно пыталась на пальцах объяснить ему, что воды не боюсь, но купаться не хочется, однако пришлось подчиниться жесткому приказу, сопровождающемуся однозначными жестами, и макнуться в воду. Дисциплина - она и в Непале дисциплина. Заодно нам показали, как нужно втаскивать клиента на борт рафта из воды - держать его следует за плечи спасжилета.

Когда мы теоретически подковались, нас пригласили на судно. Никаких ножных петель или стремян на рафте не оказалось, так что, сидя полубоком на борту, следовало подпихивать пальцы ног под надутые банки и таким образом как бы держаться. Хуже всего приходилось передним, Андрюхе и Нилсу, - одну ногу они могли подпихивать, а вторую пристроить было решительно некуда. На левом борту оказались все москвичи, Андрей, я и Вадим, а на правом - все рижане, Нилс, Рита и Янис. Прежде, чем окончательно выйти на стремнину, мы пару-тройку раз потренировались: развернулись, свернулись, ссыпались на днище и схватились за обвязку.

* * *

Каякеры наслаждались жизнью по полной программе, резвясь в каждой мало-мальски достойной струйке и визжа от восторга. Смотреть на них было приятно и завидно. Мы же продолжали буржуйствовать, практически не гребя, - нас довольно шустро несло течение, а судном фактически управляли Дипак или юный инструктор-стажер, которого, по-видимому, Дипак обучал своему приятному ремеслу. Во всяком случае, этот парень и командовал, когда было нужно разогнаться или притормозить. Все остальное время мы наслаждались солнышком, глазели по берегам и мило беседовали.

Пороги на Трисули представляют собой довольно плавное понижение и прекрасно просматриваются с воды. Мне запомнился только один из именных - "Женское удовольствие" - чуть более крутое падение, кое-какой слалом и шикарная цепочка валов за ним, довольно высоких. Дипак нас предупредил, что грести мы должны синхронно, поэтому в какой-то момент сразу после команды "паддл форвард, плызззз" Нилс организовал синхронную греблю, ревя на каждом гребке: "Хоп, хоп!". Мы дружно работали веслами, рафт весело взлетал на макушку вала, и команды Нилса приобретали затяжной характер, типа "хооооп, хооооп", причем все громче и громче. В валах на этом судне довольно забавные ощущения: если вал высокий, рафт встает практически вертикально, на корму, так как нос рафта валы не пробивает. В такие моменты Андрюха с носа сыпался мне под ноги, как спелое яблочко, и забавно карабкался назад, на свое место. В общем, слаженная командная гребля принесла приятные, давно забытые ощущения и даже вызвала некое чувство гордости, дескать, вот мы какие слаженные умелые водники, хоть и буржуи.

В целом, плавание по Трисули доставило нам немало удовольствия - солнышко, голубая вода, умопомрачительная красота гор, веселое щебетание многочисленных хрустальных ручейков, срывающихся с крутых склонов, приятная беседа и ненавязчивая гребля. Что еще нужно человеку в состоянии буржуйства? Правильно, ящик холодного пива нам бы не повредил.

* * *

В первый день сплава мы прошли примерно двадцать километров и зачалились на левом берегу на обширном песчаном пляже. И тут сбылась давняя мечта идиота - нас ожидал готовый лагерь и горячий обед. Всю свою походную жизнь я мечтала об этом моменте - сойти с судна и получить тарелку горячего супа от доброго дяди, ожидающего на берегу. И вот оно - счастье!

Лагерь представлял собой две четырехместные палатки и два одиночных тента, натянутых между ними. Также нам выдали пару больших кусков клеенчатой материи, чтобы мы не сидели на песке. Помимо всего прочего, подальше от лагеря был обустроен туалет - четыре весла, на которые натянули тент, и внутрь этой кабинки был положен рулон туалетной бумаги. После совершения процедуры следовало накидать в очко песку - эдакий кошачий метод. Очень мило, и от гнусной привычки бегать в кусты пришлось отказаться.

Несмотря на наличие палаток, ночь мы провели под открытым небом, - удовольствие, не изведанное мной ранее. Сначала я заползла под тент, но вскоре там стало так душно, что я выкатилась из-под него и спала между тентом и палаткой. Ощущения совершенно не передаваемые. Темная, совершенно черная ночь на дне горной долины, трещание цикад среди невидимых деревьев где-то повыше, легкое шуршание реки в прибрежных камнях… Ослепительная красота чужого ночного неба, где нет ни одной знакомой тебе звездочки, нет даже Большой Медведицы, родной и узнаваемой с самого детства…

 

   
 
   

 

* * *

Вторая половина сплава прошла примерно так же, как и первая, хотя и доставила меньше удовольствия. Вдоль Трисули по левому борту долины проложено Притхви шоссе, на котором довольно интенсивное движение. На довольно протяженном отрезке этой дороги ведутся ремонтные работы, то есть твердое покрытие на шоссе отсутствует, и воздухе висит жуткая белая пыль. Пыль оседает не только на левом берегу Трисули, но и плотным облаком нависает над рекой и даже немного покрывает правый берег. Из-за этой пыли, которая чувствуется на вкус, пейзажи размыты, да и вообще неприятно. Кроме того, по левому борту долины в распадках круто стекают мелкие речки, впадающие в Трисули; в таких местах куски шоссе соединяют ажурные мостики - очень симпатичные, но вселяющие некоторую тревогу. Мостики производят довольно хрупкое впечатление и находятся на значительной высоте. А ведь нам возвращаться в город по этой дороге! Очень кстати, глядя на один такой мостик со сбитыми перилами, Дипак рассказал, что три месяца назад здесь упал автобус, и все пассажиры погибли. А под другим мостиком вверх колесами лежала серебристая цистерна с многозначительной надписью "Непали ойл Компани"; цистерну разбирали на части, ибо целиком втащить ее на дорогу не представлялось возможным.

Самым забавным происшествием второй половины сплава была диверсия, совершенная каякерами в отношении рафтеров. Что плохого мы им сделали, так и осталось неясным, но Борис и Макс на берегу нашли свернувшуюся сороконожку и любезно закинули ее в рафт. При этом мы не знали, что она уже дохлая, но догадывались, что ядовитая, что и подтвердил впоследствии Дипак. Диверсия пришлась на правый борт рафта, длилась секунд пять и доставила массу удовольствия левому борту и гнусным диверсантам. Рита взвизгнула, Янис начал отгребаться, побледневший Нилс схватил эту штуку, мгновенно отшвырнул от себя, а сам в два прыжка очутился на корме в объятиях Дипака.

* * *

На обратном пути в Катманду Дипак сказал, что Боти Коси - совершенно другая река и, подумав, добавил: "Хорошая".

 

БОТИ КОСИ

В том, что Боти Коси действительно хороша, вскоре мы убедились сами, созерцая нижнее течение из окон автобуса на заброске. Нас было много. Так случилось, что из нашей группы на второй сплав поехали только пятеро: Борис, Макс, Валдис - наши каякеры, которых, как вы понимаете, хлебом не корми, и мы с Янисом - несчастные рафтеры, которым предстояло плыть в одном экипаже с совершенно незнакомыми людьми. Незнакомые люди в огромном количестве ехали вместе с нами и представляли собой разношерстую толпу со всего света: из Англии, Швеции, Германии, Польши, Словении. И хотя говорили в основном по-английски, время от времени в разговор вплетались фрагменты других языков. Въехать в разнообразные акценты мне поначалу было трудно, и я ничегошеньки не понимала.

Хорошая голубоватая Боти Коси даже в нижнем течении представляла собой малорасходную реку с приличным уклоном и обещала неплохой слалом между камнями. Само собой разумеется, вдоль реки по обоим бортам долины пролегали дороги, к которым время от времени лепились деревеньки. Места обетованные, как на Кавказе, но сходство на этом заканчивалось. Такой голубой воды, буйной растительности и экзотики деревень на Кавказе нет, равно как нет и маоистов, кое-где оставлявших свои следы в виде красных флажков на дороге.

Все, что мы видели, пока ехали в автобусе, пройти нам было не суждено, весь наш сплав проходил выше турбазы, на которую мы и приехали. Сказать, что это райский уголок - ровным счетом ничего не сказать. Никогда я не видела такой красоты. И такой чистоты. Турбаза расположилась на полочке над правым берегом реки с крупнокаменистым пляжем. По краю полочки полукругом в большом количестве располагались брезентовые палатки, стоящие на каменном фундаменте и под навесами из пальмовых листьев. У каждой палатки была небольшая веранда с натянутыми веревками для сушки белья. Палатки рассчитаны на двух человек, хотя, по нашим представлениям, в каждую влезло бы не менее шести. Внутри вполне можно было стоять в полный рост, а спать предлагалось на толстом поролоновом матрасе с подушкой. Буржуйство продолжалось. С противоположной стороны база примыкала к подножию высокой полочки, по которой шла дорога, поэтому проезжающие машины совершенно не портили пейзаж и никак не мешали. Создавалось впечатление, что с этого края над базой скала. В центре симпатичного маленького парка голубел неправильной формы бассейн, в котором, как выяснилось, инструкторы обучали каякингу. На противоположном от въезда конце полочки высилось эдакое бунгало под огромной крышей из пальмовых листьев, где проводилось время, свободное от сплава. С одной стороны размещалась стойка бара, где предлагались разнообразные напитки, в центре располагались два бильярдных стола, все остальное пространство вокруг занимали столы и столики, стулья, кресла и даже лежанки с длинными подушками, чтобы - если будет желание - вкушать пищу на индийский манер. Еда выставлялась в больших кастрюлях на столах напротив бара - бери, сколько хочешь, там же в больших термосах был кипяток, и можно было заварить себе чаю и кофе, как с молоком, так и без него. Единственной ложкой дегтя в этой огромной бочке меда была необходимость самостоятельно мыть посуду в тазах, находящихся рядом с кухней вне бунгало. И этим фактом я была жутко расстроена. Ну, что за дела? Как сплавляться, так буржуй, а как посуду мыть, так опять пролетарий!

В парке, засаженном разнообразным цветущим кустарником и бананами с вполне созревшими плодами, были не только подметенные дорожки, но и буддийская ступа, небольшая, но самая настоящая, и каменное изваяние самого Будды напротив бассейна. Чистота и ухоженность всего вокруг просто потрясала, особенно после дня, проведенного в Катманду между двумя сплавами. Как бы знать, что здесь такой райский уголок, я бы лучше еще заплатила, чтобы побыть здесь лишний день, просто побыть! И даже согласилась бы мыть посуду!

 

   
 
   

 

* * *

После ланча мы снова погрузились в автобус и поехали на сплав, вверх по течению. Ехали недолго, около получаса или чуть больше, и выгрузились на правом берегу. При первом же взгляде на воду стало понятно: Боти Коси - далеко не Трисули, и будет тут весело, особенно нам с Янисом - в компании с полными чайниками, которые первый раз видят горную реку. И не горную тоже. И вообще. Глядя, как иностранная братия натягивает спасжилеты и вертит в руках весла, мы с Янисом переглянулись и вздохнули, хотя и предположить не могли, до какой степени будет весело.

Народу набралось на два рафта, мы с Янисом попросились к нашему Дипаку, второго гида, бритого наголо детину с громким голосом, звали тоже Дипак. К прочему счастью на нашем рафте оказались сразу три леди - я и еще две девушки, молоденькие, хрупенькие, с маленькими босыми ножками, чисто Золушки, и я чуть не всплакнула от умиления… и страха: ну, точно - утопят.

Веселье началось сразу после того, как Дипак прочел свою знаменитую лекцию на предмет весла и морковки, и мы стали на воду. Первые минуты сплава, буквально в десяти метрах от первого порога, мы тренировали команды, особенно одну - "гет даун". Золушка, изящно сидящая на правом борту напротив меня, резво прыгала на днище и неуклонно повисала на моей шее, смеясь и что-то щебеча на английском языке. В ответ на ее восторженные возгласы я каждый раз по-русски напоминала: "Весло держи, милая!". Как ни странно, она понимала, и в последний миг успевала схватить оставленное на борту весло. В очередной "гет даун" мы втянулись в порог, и сверху на нас обрушилось ведер пять воды. Что тут началось! Мы с Янисом в мгновение ока оказались на боевых местах с веслами в руках, а остальные клиенты барахтались на днище рафта, захлебывались от смеха и воды и хватали нас за ноги. Порог - вполне приличная троечка - был пройден фактически Дипаком, и в это время нас догнал второй рафт.

Веселье набирало силу. Несмотря на приличный уклон, между довольно частыми, но не очень длинными и крутыми порогами, имелись промежутки гладкой воды, и на каждом таком участке экипажи соревновались в том, кто кого больше обольет, плеща воду веслами. Мы с Янисом участия в веселье не принимали и пытались рассмотреть, что там впереди. Не знаю, как Янис, но я ощутимо злилась. Вот же чайники, никакого ощущения опасности, ржут, плещут водой, отдыхают, блин. Первые километры нашего сплава вот так и прошли: на гладком быстротоке нас догонял второй рафт, клиенты дружно плескали друг друга водой, порог приближался, Дипак дурным голосом, но своевременно рявкал команды, экипаж хватался за весла и кто в лес, кто по дрова пытался грести. Янис, сидевший на носу рафта справа, предложил второму переднему гребцу технологию Нилса по синхронизации гребли - "хоп, хоп", но этот болван тоже начал орать: "Хоп, хоп" и в промежутках между "хопами" пытался грести. Мне хотелось треснуть его как следует.

В конце концов нашему Дипаку надоели водные процедуры, мы вырвались вперед, и тут как раз начался участок, сложнее предыдущего. Уклон увеличился, пороги, хотя и не очень сложные, следовали один за другим. Больше всего Боти Коси напоминала мне Аксаут, но с более сильным уклоном. Как ни странно, рафт вполне справлялся со слаломной трассой, и мы довольно прилично плыли. В какой-то момент, проходя в притирочку к обломку скалы, мы свалились с довольно высокого слива, врезались носом в бочку, клиенты взревели в полном восторге, и тут из-под нас как-то неловко, полубоком выплыл Валдис в своем красном каяке. Вот так сбывается ужас каякера! Пару секунд Валдис пытался выправиться, но юбка была сорвана, и Валдису пришлось отстрелиться. Что тут началось! Все клиенты с левого борта метнулись к правому и свесились в воду. К плывущему Валдису протянулись несколько рук, а рафт едва не встал на борт. Впереди виднелся очередной порог, в него уже ушел красный каяк, Дипак заорал: "ПАДДЛ ХАРД!!!", а публика ползала по рафту и искала весла. Перед входом в порог я успела оглянуться и заметить, что Валдис подплыл к берегу, и облегченно вздохнула. Если б течение не несло рафт так сильно, мы бы утопили его окончательно. В конце порога на гладкой воде мы все-таки отловили каяк, втянули на рафт и доставили на берег, по которому бодро вышагивал недотопленный Валдис.

Происшествие слегка охладило клиентуру, экипаж исправно греб, и пороги проходились прилично. К счастью, они были не такими уж сложными, где-то около четверочки. Мы уже совсем было успокоились и дружно втягивались в довольно крутой и длинный порог, как вдруг, примерно посередине порога, слева на нас обрушился высокий вал, и в мгновение ока слизнул с борта Яниса. Я успела заметить только обутые в сандалии пятки, воздетые к голубому непальскому небу. В следующее мгновение, уже в конце порога, рафт налетел на камень и встал, а Янис уплывал все дальше и дальше. Публика буквально окаменела, бросив весла, видимо, ждала команды, я же орала как резанная: "ЯНКА, ДЕРЖИСЬ!!!" и совершала веслом катамаранные движения, ни черта не понимая, каким образом эта галоша должна реагировать. "ЯНКА, ДЕРЖИСЬ" - вопила я, перекидывая ногу через борт и изо всех сил упираясь ногой и веслом в камень; меня захлестывало с головой, но было все равно, лишь бы сдвинуться с места, и я таки это сделала! Чем там был занят Дипак, не ведаю, но в следующее мгновение рафт, сойдя с камня, вознамерился раскрутиться, но мне удалось остановить вращение мощным зацепом, - все мышцы загудели! А в следующую секунду Дипак с середины борта метнул морковку. Красный мешочек взлетел и… опустился в метре от Яниса; я застонала. До следующего порога оставались считанные метры, Янис плыл далеко от берега и не мог за что-нибудь зацепиться, беда, беда!.. На наше счастье, пока мы восседали на камне, второй рафт нас обогнал, после неудачи с морковкой быстро догнал Яниса и принял на борт. К тому моменту я уже была без голоса и в полуобмороке от страха.

* * *

В ближайшем же улове оба рафта зачалились, и я буквально повисла на Янкиной шее, как будто не веря, что он живой. Янис был живой и невредимый со всех сторон, несмотря на то, что полпорога прошел самосплавом. Каякеры хлопали Яниса по мокрой спине и смеялись, я же никак не могла успокоиться. Ох, елки, до чего же страшно, когда твой товарищ за бортом, а ты СОВЕРШЕННО НИЧЕГО не можешь сделать, потому что не умеешь управлять этим судном, и вообще… ничего не умеешь и не можешь! Трясущимися руками я достала сигарету и закурила, ко мне подошел Дипак и попросил угостить его сигареткой. Мы дымили и пристально смотрели друг на друга. Выпустив очередной клубок дыма, Дипак тихо, но твердо сказал мне, что грести следует исключительно по его команде. Я же, надев на морду сладчайшую улыбку, самым любезным тоном, на какой была только способна, по-русски ответила: "Да пошел ты!". Договоренность была достигнута: Дипак улыбнулся и пошел.

 

 

 

* * *

Вечером вся клиентура во главе с первым Дипаком, но за исключением нашей группы, налакалась пива. Зрелище было забавное. Сразу по приплытии на базу все попрыгали в бассейн и плескались там некоторое время. Потом, как по команде, повылезали и помчались переодеваться в сухое. Минут через десять все уже были в бунгало, и разгул начался. Гремела музыка, пиво лилось рекой, бильярдные шары звонко щелкали по столу. Наша группа выпила немножко рома и весь вечер наблюдала за игрой в бильярд, в которой лидировал здоровенный англичанин с пышными бакенбардами и наш Борис. Наблюдая, как англичанин разделывает Валдиса под орех, Борис в задумчивости произнес: "Бедный Валдис попал под лошадь…". Каякеры наплавались и были счастливы, но напиваться ни у кого желания не возникло - назавтра нам предстоял сплав по более сложному участку выше по течению. Дипак же с горя напился. Бог его знает, сколько он выпил, может, и совсем немного, непальцы практически не пьют, но по залу мотало его конкретно. Пьяненький Дипак шатался между бильярдным столом и нашей группой, время от времени упадая на грудь то Янису, то Валдису, то мне, и заплетающимся языком извинялся за чепе, произошедшие на сплаве. Иностранные клиенты дули пиво так, что я бы побоялась состязаться с ними, и набрались почище любого русского. Бедные мои Золушки по очереди выпрашивали у меня фонарик - дойти до туалета, а одну даже пришлось проводить. Но это ее нимало не смутило, вечер продолжался, и спать я ушла раньше нее.

Вокруг палатки цикады трещали так, что заглушали все остальные звуки, хотя музыка в бунгало гремела прилично. По парку летали светлячки, яркие, как звездочки, а у подножья ступы и фигуры Будды горели масляные светильники, и пахло благовониями…

* * *

Само собой разумеется, к назначенным восьми часам утра на завтрак явилась только наша группа. Все остальные вяло подтягивались по одному в течение часа, и в результате на сплав мы выехали на два часа позже, чем планировали. Дипак делал вид, что прекрасно себя чувствует, но, в общем-то, не слишком я ему верила. Собственный опыт подсказывал, что после того, как вечером тебя мотает из стороны в сторону, утром ты чувствуешь себя хреново. Как бы то ни было, мы стартовали все в том же автобусе и через полчаса доехали до плотины, вид которой нас не порадовал. По плану, мы должны были начать с верхнего участка и в рабочем порядке доплыть до базы. Короче, нам предстоял тяжелый обнос.

После плотины мы переехали на левый берег, и продолжали путь еще примерно минут двадцать, но реку плохо было видно - то деревья ее закрывали, то деревеньки. И то, что предстало перед нашими глазами в конце пути, нас слегка потрясло.

Не знаю, есть ли именные пороги на этом участке, но промежутков между порогами не было - река представляла собой один сплошной порог. Ширина потока примерно метров двадцать, река несется под уклон, то слегка успокаиваясь, то как бешеный конь, вздымая невысокие, но явно жесткие валы. В том месте, где мы высадились, отвесным полутораметровым сливом заканчивался порог, лежащий выше; правый край струи из-за поворота сильно наваливал на береговую скалу, образуя короткий, но мощный трек. Благополучное прохождение этого места было не очевидным, и Борис удивленно произнес: "Неужели мы это пойдем?". В нашей обычной практике весь видимый кусок реки пришлось бы просматривать и чалиться через каждые двести метров для просмотра следующего куска. Нам предстояло идти это сходу.

Вся клиентская братия мгновенно протрезвела и посерьезнела. А мне отчаянно захотелось чуда - чтоб сию же секунду здесь оказался Сенька, мой катамаран, и напарник Ёжик, дружище, которому не страшно доверить свою жизнь!..

Чудес не бывает.

* * *

Сплав начали ниже страшного слива с треком. Первыми в бой пошли каякеры, возглавляемые Филипом - каякером-непальцем, который был с нами и на Трисули. Примечательно, что на Трисули при перевозке сломалось весло Филипа - отвалилось пол-лопасти. Так он и шел, в полтора весла. Тоже самое приключилось и на Боти Коси, - видать, судьба у него такая. Короче, в первом же пороге маленький Филип залип в бочке, почти сразу же в него всей своей массой врезался Борис и героически полег, не успев стереть удивление с физиономии. Филипа из бочки он вытолкнул и даже встал сам, когда на него рухнул перевернутый Макс, а за ним - в таком же состоянии - Валдис. Чести своей каякеры не посрамили и улизнули из бочки чуть раньше, чем туда свалился наш рафт с экипажем в положении "гет даун".

Мама дорогая! Так страшно мне не было никогда, в смысле - на воде, на берегу бывало и пострашнее. Если бы я была на катамаране, я бы знала, что делать, но в этой галоше!.. Да с таким экипажем!.. Оставалось положиться только на Дипака и судьбу, и это мне отчаянно не нравилось. От судьбы не уйдешь, конечно, но я бы предпочла доверить свою жизнь собственной персоне, а не чужому дяде, да еще после вчерашнего. Дипак, надо сказать, в грязь лицом не ударил и в первые же секунды нашего плавания уложил нас на днище, типа - береженого Бог бережет.

Мы с Янисом сидели теперь на одном борту, левом, и, поскольку я была все-таки опытнее, договорились, что, как только я замечу какую-нибудь бяку, я предупрежу Яниса, он бросит весло и схватится за обвязку.

Дальше наше плавание происходило так. "Янис, держись!". Дипак через долю секунды: "ГЕТ ДАУН!". Дружная возня на днище рафта. Стараюсь вытянуть голову как можно выше - посмотреть, что впереди. Впереди какой-то кошмар. Мы с Янкой начинаем грести за секунду до команды Дипака: "ПАДДЛ ХАРД! Бэк! БЭЭЭК!!!". Бабах! Мы одним бортом налетаем на скалу, рафт накреняется, с правого борта горохом сыплются клиенты. Шарах! Пять ведер воды с левого борта. "ПАДДЛ ХАРД!" - "Янис, ложись!" Вся англоговорящая публика рушится на дно рафта, сверху мы с Янисом. Басурмане, а русский разумеют! Прыжок с крутого слива, пять ведер воды на нос, рафт раскручивает, удар в днище - обливняк. Экипаж занимает штатные места и пытается отдышаться. Золушки после купания клацают зубами. "Паддл форвард, плыз". - "ХАРД!" - "Янка, держись!" Бабах! Шарах! Проехали…

Плавание продолжается. Что там было по берегам - одному Богу известно, все наше внимание было сосредоточено на том, чтобы рассмотреть, что там впереди, и вовремя залечь. Мы с Янисом хоть понимали, что да как, остальная публика исправно, но в полном неведении выполняла команды "гет даун" и "ложись". Встречались участки, на которые я смотрела с ужасом, ожидая неминуемого киля рафта, но Дипак в последний момент успевал сманеврировать, и мы, хоть с грехом пополам, но проходили стремное место. В таком режиме я не плавала никогда. Нас швыряло, било бортами, ставило на корму и расклинивало в узких проходах. Но рафт с международным экипажем упрямо шел вперед, река неслась под уклон, а время от времени впереди мелькали шлемы неустрашимых каякеров. Все были живы.

Мы проплыли километров пятнадцать, и уже начали ощутимо уставать, когда Дипак направил судно в улово. Ланч. Перед тем, как зачалиться, Дипак замахал рукой в сторону реки и сказал, что люди застряли в бочке. И правда, метрах в ста от нас над водой - еле видно - маячили три шлемомячика, то исчезая, то снова появляясь. Мы вылезли на берег и бегом побежали вниз по течению, кто с морковкой, кто с камерой.

Зрелище было впечатляющее. Пожалуй, я впервые видела в реале подобное молотилово. Порог, под которым застрял рафт с экипажем из троих человек, представлял собой высокую ступень через всю реку, эдакая резко обрывающаяся плита, слив, соответственно, высотой около полутора метров, под ним обширная бочка. Рафт стоял бортом под сливом, в него интенсивно скатывался поток, а экипаж висел на противоположном борту, изо всех сил норовя удержать рафт от оверкиля. Минут пять, не меньше, мы созерцали зрелище, оно того стоило! Судно месило и болтало, ставило на борт, экипаж с трудом удерживался внутри судна, - они даже не пытались выйти из бочки и ждали, что их сдернут морковкой. В результате так и произошло - с берега метнули спасконец и вытащили рафт из-под слива. Зрители аплодировали. Другой рафт из этой группы тоже доставил немало удовольствия зрителям своим прохождением - судно на отрицательной скорости проползло по самому краю плиты, под берегом, подсаживаяся на обливняках и ударяясь бортами о камни. Но проползли-таки. Янис вопросительно посмотрел на меня. "Разгоняться надо", - уверенно сказала я, а у самой внутри все оборвалось. Вся надежда на Дипака и нас с Янисом…

На полянке сервировали ланч и безуспешно отгоняли козленка с грязным хвостиком, который упрямо лез на скатерть, постеленную на землю, в кастрюли и тарелки и вел себя, как настырный щенок. Я спросила ребят, как им плавалось, и возбужденные каякеры, размахивая конечностями, минут пять непрерывно вещали, пересыпая свою речь непонятными словами типа "висеть на опоре" и разбрызгивая адреналин во все стороны. Каякеры были довольны и сверкали очами в предвкушении дальнейшего удовольствия.

Порог, в котором так долго и мучительно месило рафт, мы прошли замечательно, именно так, как я и хотела, - разогнавшись изо всех сил. Если бы мы плыли на катамаране, прыжок со слива был бы истинным наслаждением, но прыгать на рафте, лежа на днище в обнимку с Золушкой, - удовольствие среднее. Тем не менее, плита была пройдена, а впереди нас ждал серьезный шестерочный порог…

Ждал, ждал и не дождался. Примерно через пятнадцать минут плавания после ланча Дипак зачалил рафт и объявил, что на этом все. Вся наша команда взвыла в один голос и страшно расстроилась. Как нам объяснили наши гиды, по предварительному плану, мы должны были не только доплыть своим ходом до лагеря, но и пройти тяжелый шестерочный порог, который надо обязательно просматривать, но перед ним очень трудно зачалиться. А поскольку утром мы долго копались и выехали на два часа позже, чем было нужно, сплав придется закончить здесь. Черт бы побрал этих басурманских колдырей!

* * *

… На обратном пути я высунулась наполовину из окна автобуса и успела увидеть порог, который нам не суждено было пройти. Шесть - не шесть, но порог явно непростой. Не длинный, метров пятьдесят, несколько крутых ступенчатых сливов в шахматном порядке, узкие проходы, сильное падение. Через несколько метров - вторая ступень, более протяженная, мощная, с жуткими прижимами к скалам. Голубая струя так и лупит о стенки, рассыпаясь белым кипением…

Ну, что ж, не судьба. Но уж в следующий раз - обязательно!..

 

Продолжение следует.

 


Ирина Терёшкина,
2005 г.
Фото:
Валдис Ванагс
Ирина Терёшкина

   TopList    Яндекс.Метрика
Лента |  Форумы |  Клуб |  Регистрация |  События |  Слеты |  Маршруты (Хронобаза) |  Фото |  Хроноальбом | --> Видео |  Радио Статьи |  Лодки |  Турснаряжение |  Тексты |  Отчеты |  Худ. литература |  Марфа Московская |  Марфа - рассказы |  Заброска |  Пойду в поход! |  Карты |  Интерактивная карта |  Погодная карта |  Ссылки |  Поиск |  Реклама |  Белая Сова |  База |