Главная  |  Клуб  |  Лента  |  Блоги  |  Галерея  |  Форум  |  Фото  |  Видео  |  Тексты  |  Снаряга  |  Погода  |  Связь 


 


часть 1

 

Слово, пущенное в полет

 

Идея попасть на Курилы родилась спонтанно, но была оправдана тем, что дальше Алтая я в походы не выбиралась, а при взгляде на карту СССР на глаза наворачивалась мокрая пелена грез… «Широка страна моя родная!...»  - вздыхала я и придумывала  самоутешительные отговорки.

В ноябре 2006 года в моей квартире собрались друзья. Они выпили коньячку, посмотрели фильм про Тиман,  распушили перья и задумались… «А давайте все поедем куда-нибудь… далеко-далеко!» «Давайте!» - резво поддержала я,  ткнув пальцем в океанскую синь. «Вот, например, Курильские острова – дальше некуда».  В тот момент сказала я это несерьезно, но слово уже было пущено в полет… и в мыслях незаметно заколыхалось: "Кунашир!"

…Помнится, Борода на форуме писал, что даже на Камчатку нет смысла  брать лодку. К моему выбору это относится на 200% - мелкие поперечные ручейки и речушки не оставляют шансов для гребли. Исключением может стать поход на сияках вокруг острова, но мы были по определению не готовы к такому виду сплава, да и часть бойцов - не водники.
Кунашир в переводе с древнего айнского - "Черный остров". Видимо, отчасти такое название возникло из-за черного вулканического песка, которым укрыт север, или выходов базальтов. Все камни побережий - серые или черные, а сам остров с воды выглядит мрачно. Но я бы его назвала "Зеленый остров", потому что - "весь покрытый зеленью, абсолютно весь!..." :) На Кунашире нет высоких гор и бурных рек, что делает его условно-доступным для таких, как я. Он - туманный красавец, сочетающий в себе прелесть юга и дикость севера, необычно плотно напичканный экзотикой. Если уж и наносить точечный удар по Дальнему Востоку - то именно туда!

Однако, такое путешествие требует не менее трех недель, а то и более. Во-вторых, приличные деньги. В-третьих – поход не водный.  Где взять соратников? 
Начала поиски.
В итоге группа получилась разношерстной – трое с Весла (я, Илюха и fishmonger), и еще три приятеля Илюхи: Димон, Ромарио и Михалыч. Из всех я знала только Илью, и по фото – Вадика. Соображать «ехать - не ехать»  пришлось очень быстро, иначе стоимость похода могла возрасти  в два раза. И уже в апреле мы купили билеты на самолет в Южно-Сахалинск, отрезав себе пути к отступлению.


***

Все, как люди, ехали отдыхать, одна я собиралась, как на смертный бой.
Зимой неожиданно обнаружилось, что я не могу подняться даже на второй этаж, и взять на «борт» полтора кило груза. Переполошила все семейство. Кардиологи точный диагноз поставить не смогли, обвинив во всем позвоночник. Плюнув на медицину, я стала упорно гулять по ближашему полю, сначала налегке, потом навесила пустой рюкзак, потом  потихоньку набивала в него шмотки….  Больше шести месяцев  три раза в неделю я  выходила на  полигон и нарезала круги, заставляя работать ноги и грудную клетку. Весной в мозгу устаканился термин «планка Тараканова»: но семь кило показались для  меня  высшей мерой, я рассчитывала хотя бы на пять… а ведь надо будет не только ходить по равнине, но и подниматься!  Для человека,  страдающего с детства сердечно-легочной недостаточностью, чудовищной одышкой,  с изрезанной ногой,  и  не ходившего даже в лучше годы дальше Подосинок,  не говоря уж подъемах, путешествие казалось  нереальным. Но  упрямство и желание увидеть далекий край пересилили страх  немощи.  Движение – это жизнь, и «ничто не убивает так сильно, как  сидение в офисе…» © Так что стоит рискнуть.
В общем, готовилась я честно. На крайний случай у меня был тайный план – ребята оставляют меня в гостинице Южно-Курильска, а сами продолжают ходить по острову без меня. Но как же мне этого не хотелось!..

Чтобы избежать кризиса, нужно облегчиться. Началось беспрецедентное ужатие шмотья (палатка + спальник = 1650 г (!), минимум одежды и белья, легчайшая мармотовская ветровка, отстуствие запасной обуви, крошечная аптечка, китайский нож, сверхкомпактные фото и видео, даже зубная паста –   тюбик 15 гр!...) – всего лички получилось  около 8 кг.  Не знаю, как у Тараканова 6400 получилось. Конечно, без аппаратуры я бы и в пять уложилась.  Но без аппаратуры нельзя, что это за поход?   Часть моего шмурдяка взял Илюха – без этой помощи мой отпуск бы не состоялся… 

К слову сказать, ужималась не только я: fishmonger сменил почти всю свою снарягу и даже купил новую облегченную аппаратуру для съемок. И еще за три месяца похудел на двадцать килограмм!... Илюхины орлы, будучи больше охотниками, чем туристами, решили что не царское это дело – облегчаться, и поперли как есть J Сам Илья приобрел по случаю праздника басковский «Питон-120» и нагрудный рюкзак, ибо в один все не лезло.

С трудом дождались мы сентября.
В «Домодедово»  выяснилось, что Михалыч взял не то ружье и не то разрешение. Хорошо, с ним была жена, которая забрала отказную  двустволку. Михалыч в шоке.  Процесс сдачи боевых железяк затянулся, и мы чуть не опоздали на посадку. Я сидела в сортире, когда наши фамилии стали объявлять по радио. Руки мои затряслись… Конечно, ширинка на пуговицах – это страшная вещь, пришлось бежать, как есть….

…Восемь с половиной часов мучений.  Куряки впали в водочный анабиоз, заглушая адские муки – в самолете курить нельзя! В общем-то, и змия не предлагали, но прожженный  народ затарился стеклянными «мерзавчиками» J

В аэропорту Южного нас уже ждал Вадик,  прилевший днем раньше. Едва ступив  на Сахалин, мы  созвонились с хорошим человеком, который заранее оформил нам пропуска. Но на этом радости кончились. Билетов на теплоход «Марина Цветаева» не оказалось и в помине, ближайшие возможные – через несколько дней в виде мифической брони,  реальные – аж на 14 сентября, а это уже половина нашего отпуска!  

Мы обшмонали все возможные точки продажи билетов, но чуда не произошло.   Кинулись в авиакассы - все билеты на единственный АН-24 уже были распроданы до конца сентября! Фокус в том, что заранее билеты сделать нельзя – ни на теплоход, ни на самолет. Разве что авиа – с нотариально заверенными копиями паспортов, через знакомых. Какой-то никем еще не пройденный гемор... В общем,  пролетели по всем статьям.  Я знаю, что на Сахалине можно болтаться дней пять, прежде чем куда-то выбраться с него. Но это не входило в планы нашего маленького отряда.
Ничего не оставалось, как  поехать в Корсаков, чтобы на месте попытаться разрешить ситуацию.  До города ~ 40 км. Там мы остановились в довольно уютной гостинице «Альфа», и пообедали в не менее уютном кабачке «Смак», в который заходили еще не раз.

В отеле меня ждало первое суровое испытание. Я поднялась со своим рюкзаком на второй этаж!  И тут же получила во все щели. Но ведь когда-то надо было начать подниматься? Второй этаж – это метров семь. Несправедливость происходящего поставила меня на дыбы, но сердечко все равно   пришлось «закапывать» и лечиться  от всплеска гипертонии. Я легла и попыталась заснуть, однако в груди болело, тарахтело и булькало, а потом произошел «взрыв» - так у меня  происходит адаптация к нагрузкам.  После «взрыва» я  впала в обморочный сон, а проснулась от  кошмара – кто-то истово  душил меня обеими руками, ставил ноги  на грудь… Я принялась отбиваться и орать, присмотрелась – ба!... да это же Я САМА!!!... Всякое мне снилось, но чтоб саму себя душить… ёперный театр… и я кинулась на себя, защищая себя...

Проснулась - страшно! Оделась и поплелась к ребятам, которые мирно колдыряли в своем номере и знать не знали, что за страсти происходят за стенкой. Мужики проявили понимание в вопросе и предложили  стопарь-другой, подлечиться. Я отказалась и угрюмо дула чай, слушая охотничьи байки. В компании стало легче и веселее, но в  мозгу, однако, маячил образ гостиницы Южно-Курильска, где я проведу весь оставшийся  отпуск…


***

Утром мы отправились гулять. Поразительно, что аборигены называют свой город «КорсАков», хотя фамилия славного офицера, второго губернатора Восточной Сибири, в честь которого он назван – КОрсаков. Михаил Семенович, наверное, уже не раз перевернулся в гробу… Город озадачил полным отсутствием кошек на улицах,  большим количеством заброшенных и ветхих домов, стаями мелких собак (предположительно, это те, что смогли попрятаться от китайцев в заборных щелях…) , отсутствием светофоров и вежливыми водителями на праворульных джипах, пропускающими пешеходов в любой части улицы.  Дороги разбиты и город довольно уныл.  Но в продмагах все есть, хотя и не дешево.

Итак, «Марина Цветаева»  вальяжно торчала на дальнем пирсе,  а мы, словно бичи, околачивались на морвокзале, пытаясь всеми правдами и неправдами проникнуть на борт. Шли часы,  начало вечереть, и надежды рухнули -  корабль снялся в якоря и ушел на восток, а мы поплелись обратно в гостиницу, в глубокой печали. 

Но не настолько глубокой, чтобы нам отшибло мозги.  «Цветаева» ушла на четыре часа позже назначенного времени! Мы заволновались. Если здесь  все так неторопливо – не стоит ли подстраховаться?... Побежали в ближайшую кассу и обменяли авиабилеты на день позже. Пришлось доплатить, но это ничто по сравнению с тем, что нас ждет, если мы опоздаем на обратный рейс! Забегая вперед, скажу, что правильно сделали –  как в воду глядели…

Ошивание в порту дало свои плоды -  ребятам удалось выйти на сухогруз «Калита», который стоял под загрузкой и собирался неспешно идти по островам.  Эта посудина стала единственной  возможностью уехать с Сахалина на Курилы в обозримом будущем.

Но каким образом! Капитан предложил нам «апартаменты»  в румпельной -  этакий  крошечный железный закуток в трюме, рядом с моторным отсеком.  В углу из комфорта – пара досок, на которые можно попытаться уместить человека три на спальниках, остальных ждет металлический пол, который еще к тому же разделен ребрами.  Под потолком торчат две тусклых лампы в железных забралах, в отсеке нестерпимая жара и вонь, несмотря на то, что основной движок еще не запустили.  Но даже стояночный дизель издавал адский шум…

Однако выбора у нас не было – либо чучелом-тушкой, либо  убить полотпуска на скучном Сахалине…

 

В трюме к звездам

 

На следующее утро мы  уже были  с вещами на пирсе у «Калиты».  Целый день корабль грузился – то кран ждали, то контейнер не привезли, то документы напутали… Местная неторопливость   просто убивала. Но что делать!  В чужом монастыре уже ничем не щелкают…

В результате  мы отплыли, когда  совсем стемнело – потерян еще один драгоценный день. Однако нет худа без добра – сухогруз шел не через Итуруп, как планировал изначально, а сразу на Кунашир. Кроме того, на судне набралось еще человек восемь таких же горемык, и капитан рассовал их по всем возможным и невозможным местам… Почетное место в румпельной «мясорубке» досталось паре солдат-срочников, возвращающихся из отпуска на погранзаставу. Мне, как единственной даме на судне, выделили настоящую шконку – теперь я ютилась в крошечной каютке  вместе с коком, мотористом и младшим матросом.  Ребятам предоставили для ночевки… автобус, который сухогруз вез в трюме.  Однако  мужики решили, что удобнее спать прямо на контейнерах и досках. В результате это оказалось самым славным местом на корабле. 

 

Мы шли ночь, и весь следующий день, со скоростью не больше 9 узлов (15 км в час). Было хмуро и туманно, Охотское море лежало тихое,  словно молоко в блюдце… иногда нас сопровождали дельфины, выпрыгивая из серой спокойной воды, но довольно далеко для съемок. Вдоль бортов в зеленоватой воде колыхались большие медузы  с рыжими разводами на шапочках, напоминая карельские подосиновики по обочинам грунтовки…

Плавание на сухогрузе  закрыло большой  пробел в моем жизненном опыте – хождение по океану.  Корабль почти не качало – штиль.  Нас вкусно кормили в тесном, но опрятном  камбузе, никто к нам не лез, везде чисто, пристойный гальюн. Мужики нежились в трюме под веселый стук движка, я  таращилась с бортов, пытаясь запечатлеть дельфина или касатку. Плыли мы примерно двадцать восемь часов. 

Когда в сумерках справа показалась Япония, окутанная хмарью и пестрым закатом, все сгрудились на борту, пытаясь высмотреть угрозу.  По телику на камбузе вещали про тайфун, который шел аккурат от страны заходящего солнца!  Боцман сказал, что на Тихом нас ждет качка, и не факт, что мы вообще зашвартуемся.
Я стала нервничать, а барометр на руке начал медленно падать. 

Ночью «Калита» подошла к Южно-Курильску и встала в заливе на рейд. Порт не освещается и завален остовами кораблей, поэтому не всякий ночью рискнет швартануться к местной пристани. Утром перед моим, измученным однообразием взором, предстали туманные очертания Кунашира. Вылезли и ребята. Мы во все глаза пялились на вершины сопок, покрытые белыми шапками облаков, на белый дым фумарол, корабли, разбросанные тут и там. Было подозрительно тихо. Пахло водорослями, мерзко кричали чайки, шуршали волны и я, наконец, осознала: «Добрались!!!...»

На пирсе нас долго не выпускали. Погранцы выстроили пассажиров в шеренгу, пересчитали и проверили у всех пропуска.
На воле мы первым делом  забронировали в докере обратные билеты на теплоход. Правда,  это не гарантировало  возврата на Сахалин в нужный день. Судно ходит по расписанию  условно.  Чуть непогода – отстаивается, или может вместо прямого курса пойти по островам, прикрываясь от ветра, и там надолго застрять. Или встать на ремонт.  Даже небольшая волна способна отменить рейс: здоровенный пароход стоит на рейде в паре километров от берега. Людей к нему везет специальный маленький плашкоут. При волне сбортоваться с «маткой» он не может, и иногда приходится сутками ждать погоды!  Местный самолет ходит еще капризнее. Страшное место…  Хотя, по слухам,  в порту обещают построить глубоководный пирс.

 

Волнения

 

Из дока  мы поплелись в офис заповедника, который расположен на окраине поселка. Как честные люди, купили путевку на посещение,  на три дня. С Григорьевым мне встретиться не удалось, он убыл в отпуск. Мы – сюда, а он – куда-то…

В офисе оплачивается путевка на пребывание в кластерах заповедника, выдаются схемы, буклеты, проводится лекция по правилам поведения.  Стандартная фраза «не разводить костры» на Кунашире вызывает сомнения. Во-первых, провезти баллончики с газом авиаспособом невозможо, и не факт, что все это купится на Сахалине. Во-вторых, на две недели таких баллончиков  получится целый рюкзак. А огонь нужен не только, чтобы варить жрачку, но и чтобы обогреться и обсушиться. На острове не шибко радостно с сушняком, зато полно прибрежного плавника.  Но представить себе пожар на Кунашире сложно – высокая влажность, постоянная морось, дожди, туманы, вечно мокрый ковер бамбучника – в таких условиях  даже при большом желании огонь раздуть сложно.

Фальшфейеры самолетом тоже не провезешь, и через сотрудников заповедника мы вышли на человека, который, фактически, стал нашим проводником на острове: не только обеспечил нас  свежими девайсами, но и  взял на себя  наши автоперемещения. Зовут этого полезного человека Дмитрий Соков, координаты будут даны в техническом приложении.  Чтобы не путать  с Димоном, далее в дневнике я стану называть нашего «куратора» Д.С.

 

В офисе  нас посвятили в местные медвежьи дела. Надо сказать, что кроме фальшфейеров, у нас было два ружья и два пистолета со светозвуковыми патронами, для отпугивания мишек.  Зачем такой арсенал? А затем,  что мишки – народ серьезный. Уже за два месяца до отъезда  уважаемые коллеги настолько накрутили мне нервы  сообщениями о сожранных и погрызенных  на Дальнем Востоке бедолагах,  что к июлю  я  перестала спать от ужаса, все время думая, как уберечься от медведей, которыми кишит Кунашир. К слову, три года назад молодой медведь напал  на директора заповедника,  на юге острова. Охотоведы застрелили агрессора, у которого оказалась рана на лапе.  И вот совсем свежие новости:  «…трагедией закончилась встреча местного жителя с медведем на берегу Охотского моря  …хищник разорвал человека недалеко от бывшей геологоразведочной базы…»   «…группа туристов прибыла на Шантарские острова… хищник напал на лагерь в ночь на четверг. Спящие в палатках путешественники были разбужены громким рычанием и звуками борьбы. Огромный бурый медведь буквально растерзал 37-летнего туриста…» 

Про туриста, аккурат перед отпуском, мне совсем не понравилось. Страх перед зверями  превратился в легкую истерию, и пришлось пилить в Сергиев Посад на «Осой Эгидой».  НОТ выпускает самый маленький на сегодняшний день пистолет самообороны. Несмотря на ряд недостатков этой модели,  с ним в кармане я чувствовала себя  на порядок спокойнее. Светошумовой патрон «Осы»  должен напугать любое животное! Стрелять в медведя резиновой пулей, конечно, нельзя – это подписать себе смертный приговор.   Вадик тоже купил себе «Осу», чтобы не волочь двустволку.  В принципе, правильное решение – куда столько ружей?

Но остальных мужиков, естественно, живо интересовала охота. Однако я еще весной предупредила Илюху, что охота на Кунашире никакая. Если вы больны этим,  не стоит рассчитывать на дикость края, и ездить сюда ради пострелушек. Копытных нет, из крупняка – только медведь,  живущий в основном в охраняемых зонах, мелочь в виде зайца или норки вы никогда не увидите в бамбучнике, разве что застукаете на ручье несчастную лису. Из птиц в это время  есть только утка на озерах,  немного вальдшнепа, иногда пролетают гуси, но в сентябре мало, и летят он высоко. На  океанском побережье  множество бакланов – их едят, сдирая шкуру с вонючим жиром целиком. На вкус хорошо приготовленный баклан напоминает утку. Однако, в целом, с ружьем делать на Кунашире нечего, разве что таскать в целях самообороны от мишек. Экзотика острова лежит в иных плоскостях, тем более что две самых интересных территории  -  южная и северная - заняты заповедником. 

После официальной части возникла необходимость где-то бросить кости.  Начался противный дождь, да и планы еще в зачаточной стадии… Во «Флагмане» мест не было, и мы заселились в частную гостиницу «Океан», которая находится метрах в двадцати от океана, на высоком берегу. Пока  трескали чай и обсуждали планы , по телевизору    передали погоду в Южно-Курильске – ветер слабый, тепло и ясно.  О приближающемся тайфуне ни слова. Вадик позвонил жене, чтобы она  посмотрела курильскую погоду в Интернете – тоже нигде ни намека на неприятности. Обалдеть!…

Вечером мы вышли размяться, посмотреть  окрестности. Тяжелые тучи накрыли остров, юго-восточный ветер уже стал трепать все, что плохо лежит, барометр  прыжком скакнул вниз… Дождя еще не было, но я увидела, как в Менделеева беззвучно шарахнула молния.

 

Столбы, икра и тропики

 

…На наше счастье, ежегодный тайфун по кличке «Фитоу» долетел до Курил уже ослабленным, набедокурив в Японии. Но даже эти жалкие остатки чуть не выдавили мужикам стеклопакет, привинченный к стене здоровенными болтами. Ветер ревел, гоня по-над землей тонны воды, которая умудрилась пролезть под рамой и залила номер.  Эпицентр  пакостей над Кунаширом пришелся на утро. Очень экзотично, но в палатке в это время находиться расхотелось… В семь утра порывы достигли 24 м/с, а влажность стала стопроцентной.  Тем не менее, я выскочила поснимать сердитый океан; правда,  аппаратуру тут же залило, и пришлось, пригнувшись, как под обстрелом, бежать обратно.  Через пару часов ветер стал утихать,  в поселке  пробудилась жизнь, засновали машины и прохожие… 
К десяти утра на Ю-К опустился полный штиль и густой туман. Ощутимо потеплело. Мы повертели носами и приняли решение – вылезаем из норы и начинаем  походную жизнь!  Около отеля есть несколько магазинов, в которых можно купить почти все. Там мы  затарились на первый бросок – хлебом, сладостями, крупами, колбасой и прочей прелестью.

Ручной барометр  стабилизировал показания, что предвещало скорое повышение давления. Д.С. подтвердил прогноз, связавшись с моряками – будет ясно, но шторм не стихнет. Для поездки на Тятю придется ждать погоды,  поэтому мы отправились на мыс Столбчатый, попросту – Столбы, по проторенной туристами дорожке.
До 17-ого километра нас подбросил Д.С., и мы договорились, что он заберет нас через три дня, после восхождения на вулкан Менделеева.  Когда мы доехали до поворота, лес оказался залит солнцем – в разных местах Кунашира погода, как оказалось, всегда разная. Все вокруг парило и сверкало, от леса шел натуральный звон…

Экологическая тропа к Столбам занимает несколько километров и вьется в удивительном лесу, одновременно напоминающем тайгу, джунгли и вьетнамские болота. Вадик, бывший во Вьетнаме, сравнил нижнюю часть с тропой Хо-ши-мина. После тайфуна  любая уважающая себя ложбинка на склонах сопок превратилась в мутный ручей. А молодой бамбук  впервые показал свое… свою…  в общем, мы потом еще не раз вспоминали маму, продираясь по бамбучникам Кунашира.  Этим ужасом зарос весь остров!  Когда заросли достигают высоты лица и начинают переплетаться между собой – местность становится  непроходимой. Поэтому на острове можно пользоваться только пробитыми тропами, пусть даже медвежьими - нравится вам это и или нет.

Верховая часть тропы проходит в  красивом густом лесу, тут и там  стоят таблички, рассказывающие об удивительных деревьях, которые умудрились разместиться на небольшом пятачке приохотского  побережья… Таблички и тропа поддерживаются во вменяемом состоянии сотрудниками заповедника «Курильский», поэтому первый маршрут стал относительно легок, да и к тому же весело бежал вниз.
Чего здесь только не растет! Пихта, тис, рябина, бархат сахалинский,  каменная береза, дуб, загадочный лопастной илым, клен, магнолия, аянская ель, кедр, громадные лопухи  и бамбук, бамбук и бамбук….
В лесу стоит несмолкаемый гул и зуд  от верещания  множества насекомых, напоминающих цикад. Этот шум и лианы, опутавшие стволы деревьев,  сделали лес похожим на тропические джунгли,  а седые бороды лишаев  на здоровенных елках, напоминали о  суровом Севере. Потрясающее разнообразие флоры! На Сахалине все завалено грибами, а на Кунашире грибов практически нет. А те, что растут, в пищу не годятся.  Исключение – подосиновики, которые встречаются там чрезвычайно редко. Мы нашли один за весь поход, и как раз на экотропе.

Наконец, мы спустились к распадку, над  которым клубился пар. В ближайшем ручье сновали крупные рыбы, но мы поперву их  просто не заметили, даже не догадываясь, что в этих крошечных лесных  протоках может находиться лосось.

Прямо из камней бил кипяток, и мужики тут же полезли в теплую запруду и поплескались там, как дети. Над ними пролетел здоровенный черный махаон – ну чисто тропики! Позднее я еще не раз видела махаонов, и всегда – вблизи от  теплых источников.
Отдохнув, мы пошли вниз по долине, пробираясь прямо по воде в зарослях бамбучника.  Вскоре долина раздвинулась, открыв умиротворяющий вид  на Охотское побережье… Мы бросили шмотки и кинулись к воде… Отдых начался!

Первую стоянку разбили тут же,  у берега. Рядом с нами ютился одинокий вулканолог, который уже уезжал с земли обетованной. Вообще, активных туристов на острове  мне встретилось немного: двое канадцев-велосипедистов, навьюченных аки верблюды, трое  харьковчан, которые мечтали добраться до Тяти, и немолодую супружескую  пару сахалинцев. Вот, пожалуй, и все…
Днем  с рыбацкой шхуны, стоявшей неподалеку, приплыла моторка с водолазами. Они дружным строем протопали мимо нас в «джунгли», купаться в источниках. Один из них нес в рюкзаке парализованную лайку. Все водолазы были в резиновых сапогах, которых нам очень не хватило в этом путешествии… J

На поляне, где мы встали, живет полно кузнечиков  и огромных усачей.  Усы одного из них даже не влезли в кадр! Кругом порхали пестрые коричневые бабочки, деловито жужжали шмели… Метрах в двадцати от лагеря было обнаружена пара тухлых рыб с отъеденными головами. Мы не придали этому значения (лисичка балует!) и выкинули их в ближайшую яму. 

Потом сами отправились за рыбой, к дальнему ручью у скал. Взяли вилку, гарпун  и два спиннинга.  Но очень скоро выяснилось, что все это не нужно.

Рыба ловится просто руками – раскорячишься на ручье и ждешь. На самом деле, схватить бойкую рыбью тушу не так-то просто!  Учитывая, что тушенки мы не брали (в раскладке был сублимат в умеренном количестве), рыба к столу  стала необходимой добавкой.  В результате  удалось поймать четыре тушки килограмма по два каждая. Двух упустила я – взятый гарпун оказался идиотским, а руки - кривыми…

«…Горбуши, идущие на нерест – приветствуют тебя!»
Рыбы кишели в устье у скал, вода в море бурлила от спин и хвостов. По одному они пытались запрыгнуть в ручей, через камни и маленькие водопадики, но удавалось это отнюдь не всем!   Какая красочная иллюстрация жестокой  биологии лососевого «сора»… Только самые сильные и упрямые  преодолевали все пороги горной струи.  Если вы заядлый спиннингист, то тут же  можете наловить горбуш с моря на блесну – рыба кидается «убить врага». Мне же показалось прикольнее ловить ручным способом… В результате я ничего не поймала – но сколько адреналина получила!!!

…Разве можно описать ЭТО? Когда хищно растопыриваешься  на мокрых камнях, руки напряжены до предела, а глаза алчно бегают по струям, выискивая чешуйчатых храбрецов… 
…хвать!  Хвать!
…и опять мимо, мля!!!...
Тут никакая удочка  рядом не лежит…J

Брать надо рыбу, идущую вверх, по понятным причинам. И еще не рекомендуется пить  из тех ручьев, где идет нерест – в воде полно трупного яда. Поэтому мы всегда добывали воду только из  маленьких ручейков, которых на острове в изобилии, предварительно убедившись, что рыба туда не может запрыгнуть.

…Три пойманных нелегким трудом тушки оказались с роскошной икрой. Горбушачья икра  считается самой вкусной, и испортить ее - грех!  Разделкой "ужина" заведовал Михалыч - он ловко вспарывал рыбьи тела, извлекая почти из каждой драгоценную вкуснятину. Мы сделали холодный тузлук, плотность соли проверили специально взятой картофелиной, которая должна «висеть»  в растворе между дном и поверхностью. Оптимальное время  нахождения икры в рассоле – 7-8 минут.  После раскатки в марле малосолка живописно высыпается в миску и тут же поедается со свежим хлебом. Сумасшедшее блюдо!  Икру, как водится, заели зеленым змием местного розлива.  Не пил один Илюха, который не прикасался к спиртному до конца похождений, проявив нечеловеческий героизм…8)))    Ну, еще и Вадик у нас не потребляет, оказывается. Так что у меня была хорошая компания!

Сами тушки шли в жареху. Дамы имели весьма бледный вид, очевидно, отдав все соки икре, зато самцы были красными, как и положено, и более вкусными.

Упала ночь,  теплая и звонкая.  На правой сопке  зловеще заухал  рыбный филин: «У-уу!...  У-ухху!…» Первый раз его страшный крик над ухом чуть не  выгнал меня зарослей во время деликатного процесса… 
Утром  разорались чайки и  вороны, в изобилии живущие на Кунашире. Местные вороны не похожи на наших – они огромные, совершенно черные, и не каркают, а солидным басом тянут «Ааа-а..! КХаа-аа!!..»  Ромка их все время передразнивал, мерился «кхаахом»… J

На   следующее утро мы обнаружили у лагеря… еще  трех рыб  с аккуратно отъеденными головами. Это шалят медведи, очевидно, уже объевшиеся и выедающие самое вкусное.  Шкодливые подарки мишек нас не радовали – поэтому даже  в кусты народ ходил с оружием. Самый прикол в том, что ближайший ручей с рыбой – метрах в ста. Это же надо было еще донести! 

Когда солнце поднялось в зенит, мы отправились глазеть собственно на Столбы. Место роскошное, что и говорить! Да и погода порадовала, а ведь она меняется здесь быстро и не всегда  лучшую сторону. Двигались мы по отливной зоне, обнажившей изумительное лавовое плато. Вадик шел и все не переставал удивляться: кто бы мог подумать, что в районе  Владивостока не существует приливов и отливов!...

Мы вгрызлись в южную часть Столбов и встали на живописной каменной гряде, напоминающей огромные зубы. Собственно, писать тут не о чем, это надо видеть…

Мужики  обновили  костюм для подводного плавания, который  Илья мужественно пер на себе.   Хорошо, что успели понырять именно на Охоте,  далее мы  вечно  не успевали, либо находились в неподходящем месте, в дурное время…

Илюха достал ежа. Его тут же слопал fishmonger, расколошматив бедного ёжика огромным ножом. Затем со дна достали ярко-оранжевую звезду, напоминающую паяца, и, наконец,  пару шикарных звезд Patiria.

После фотосессии  обе красотки были отпущены в глубины. Удалось сделать даже вменяемый подводный кадр с синей звездой.  Пока ребята ныряли,  я сидела на камнях и завидовала. Тоже неплохой вид отдыха… J

Полдня мы наслаждались релаксом в скалах. Ребята сбегали за ближайший мыс, посмотрели, как ТАМ. Там тоже хорошо. 
Нашли ручеек, вскипятили чаю, достали колбасу, конфеты. Повздыхали. На Кунашир нужен минимум месяц, чтобы неторопливо порадоваться жизни.  А суточная задержка  приплызда уже подгоняла нас в зад, как крепкий морской ветерок…

Солнце стало садиться и мы заторопились в лагерь.  На острове быстро темнеет, не успеешь оглянуться – уже не видно ни зги. Пока мы сидели, начался прилив, и пришлось заняться натуральным скалолазанием по мокрым отвесным зубьям.  Я пару раз чуть не сорвалась в воду; хорошо, Илюха с Ромкой всегда страховали меня.  Радости срываться в воду  мало – пятнадцать градусов, да и камера на пузе без защиты!

 

Зато весь следующий день мы уныло сидели под тентом. Лил дождь и все время дул сильнейший ветер. Курильская погода обнажила зубки…  Илюха вытащил варган и пытался вызвать Духа Погоды,  в результате дождь лил до самой ночи…

Вечером мы сбегали на левый ручей, снова полакомиться рыбкой и икрой. Этот ручей оказался  мелким и широким.  Рыбы, как снаряды, проносились промеж ног и рук незадачливых ловцов.  Классический естественный отбор: руки кривые – ходи голодный! Но человек – хитрая тварь, задействовали подручные средства. Тут же на берегу лежали  обрывки сетей, выкинутых штормами, и мы вырезали небольшой кусок для загона.  Двое пугали горбуш сверху, и предупреждали нижних, если  тушка поперла. Нижние ловцы стояли наготове с сеткой, придавленной ко дну валунами. Так мы поймали  несколько рыб и потащили их «свежевать» в лагерь.   Отснято прикольное видео охоты! (кадры из видео)
Понятно, что «скатные» рыбы  уже большею частью пусты, но все равно получилась миска икры…  Зато сами тушки оказались почему-то вкуснее, чем из первого ручья.

 

Фумаролы Менделя

 

Утром следующего дня мы заторопились в обратный путь. В планах – фумарольное поле и восхождение на вулкан Менделеева.  Не самый высокий, но весьма колоритный «зуб» в ландшафте острова.

Путь лежал в тумане. Цикады теперь щелкали лениво и неохотно, да и было не до них. Меня ждало первое суровое испытание – подъем по экотропе.  Все, что раньше весело бежало вниз, теперь надо было преодолевать вверх. Для нормального человека эта нагрузка – тьфу!, а я чуть не убилась, взобравшись на склон. После чего решила, что на фумаролы  не пойду. Ну, разве что  они низко расположены, если не врут…

Если бы я знала заранее, что придется подниматься много и долго, я бы взбунтовалась  и отправилась куковать куда-нибудь в передержку, но, поскольку  была поставлена перед суровым фактом в середине пути, отступать уже было некуда.

Шли мы по треку,  с 17-ого километра, так как тропы, как таковой, уже практически нет. В бамбучнике ее не видно совершенно. Еще в заповеднике нас предупредили, что тропа на Мендель заросла.  Если бы не трек и навигаторы, мы бы никогда не залезли на фумаролы!  Звучит смешно – потому что фумарольную плешину видно издалека,  но -  истинная правда.

«Перекур закончен. Вперед, смертники! Потыкали, чахотошные!!!..» - снова и снова преподавательским тоном гонит нас Димка. Народ вяло поднимается в бой с почти невидимой тропой.  Мы то лезем вверх по склонам, хватаясь за стволы и корни, то сползаем вниз, переходим ручейки и черные болотины, ноги давно уже мокрые, руки порезаны и обкусаны, и ни хрена не видно!!! 

Группа взбирается медленно. Один раз потеряли тропу и заползали встревоженными жуками вокруг…  А скоро стемнеет! Настал момент, когда я, не в силах пройти бамбук, пошла ползком на карачках  под сводами растений. Но это возможно с 45-и литровым рюкзачком, а если 100-120, да еще спереди  противовес – нереально. Правда, тяжелый груз  позволял мужикам «пробивать» зеленую стену тараном, в отличие  от меня.  Где-то у самых фумарол я попросила Вадика, шедшего за мной, сильно толкнуть меня, чтобы  пробить мною заросли. Видели бы вы его лицо!… Сил уже не было бороться с бамбучным исчадием, а уж смотреть под ноги – тем более, надо было все время беречь от веток глаза. Я шла фактически вслепую, беспрерывно ругаясь и выставив руки вперед «утюгом».  У Вадика лопнул по шву  ботинок. Волнуюсь за свои горе-кроссовки, но они пока держатся. На перекуре:

…С этого дня  стала стойко ненавидеть слово «потыкали», особенно если впереди виднелась гора или подъем.  Почему мы не можем просто сесть где-нибудь и наслаждаться жизнью, красотой и покоем? Фигли мы вечно куда-то бежим?…

Злые анархические мысли, как уголь в печке,  подогревали меня всю дорогу.  Выглядело это примерно так: «Все идут? И ты иди!… Осталось совсем чуть-чуть… Авось не сдохнешь!… У меня болит нога!  Сейчас сердце выскочит из груди!… А кого это ……?  Сама же все придумала. Иди-иди… Движение – это жизнь!  Гребанный сорняк, уже нет сил его раздвигать… Господи, опять тропа вверх… Граждане, у меня одышка, это не шутки!!! Но ты же не останешься жить в бамбучнике?!  Ну вот, доползли до перекура!  Все не так плохо…  Шевели клешнями,  перечница.  Мы  просто гуляем! Это же отпуск, мать!!! Кто же умирает в отпуске?! Думай о вечернем костре, сухих носках и кружке горячего чаю!…»

В особо сложных случаях мысли протекали в более философском ключе: «…Как хорошо кругом.  Ты девять месяцев сюда хотела, инстинкт не был против? Вроде нет… Если ты не сдохла в… (далее перечислялись критические годы), то сейчас и подавно не должна! Почему это не должна? Да потому что человек, переваливший сороковник, должен жить долго.  А хули тогда его было столько тянуть?!… Давай, потыкали, обреченная!  Ты опять отстала...»

Дзынь!... Дзынь-дзынь-дзынь… цвяк... Звон латунного колокольчика на моей груди возвещал о продолжении жизни.

Наконец, мы дошли до истоков Кислого - молочно-белого вонючего ручья. В тот день мы за четыре часа поднялись до отметки 350 м – для  меня сродни Эвересту.  За сорок метров до конца подъема мне стало плохо, и я села. Михалычу тоже воткнуло не слабо... Я подумала, что все сложилось удачно - если бы нес ружье и патроны, то не допер бы точно до фумарол.

Внизу уже клубился вечерний туман, а наверху поле было освещено мягким светом уходящего солнца. Косые вечерние лучи пришлись как нельзя кстати.  Но помирать некогда, свет уходит! Скинув рюкзаки и отдышавшись,  мы пошли снимать фумаролы.  Причудливые выбросы сернистого газа вряд ли еще где-то доведется увидеть! На поле две крупных, и много мелких фумаролок, похожих на желтые пыхтящие жопки.  Одна шумит, как адская печка,  выкидывая струю раскаленного газа  горизонтально, из бокового отверстия. Сила выброса столь сильна, что около фумаролы слышно мощное непрерывное гудение.  Вторая похожа на  классический маленький вулкан, выкидывает клубы раскаленного газа и пара строго вверх.  Ярко-желтый цвет фумарол был просто подарком для фотосессии, однако  ядреный  запах сероводорода и куча испарений навевали дурные мысли. Но заночевали мы прямо  на зловещем поле, а что делать?… других мест для лагеря не было! 

Курилы принадлежат мировому Огненному кольцу, поэтому их постоянно трясет, а затихшие до поры вулканы спускают пары и «пукают» в атмосферу, кто чем может…
Вулкан Менделеева не лавовый, а газовый. Все знают печальную участь поселка Тятино, когда его, как Помпею, засыпало пеплом. Но лаву и пепельную тучу хоть видно, а выброс газа не увидит никто…

Тем не менее, у Менделя шастают медведи и прижилось множество крупных орланов, которые по двое-трое картинно парили над лагерем, оживляя местность. Красавцы-орланы живут  почти на всем острове, являясь полноправными хозяевами неба.

Утром мужики в составе Илюхи, Димы и Ромы взошли на вершину Менделеева.  Подъем был достаточно сложным, так как все подходы буйно заросли кедровником. С вершины герои  увидели мишку и подивились его светлой окраске. Мы-то увидели зверя первый раз, а сколько раз они нас видели – трудно сказать…   Но кто к нам в здравом уме подойдет? Знают, знают, медведи про латунный колокольчик, тренькающий омерзительно! Имеется и свисток на шнурке… Мы с Вадиком по очереди свистим, продираясь в бамбуковых зарослях.  Остальной народ просто орет;  в общем, передвигались мы кучно и шумно, и это, возможно, одна из причин, по которой рокового контакта не произошло.

Вопреки оптимистическим прогнозам, стало ясно, что ходим мы медленно, и нужно скорректировать время прибытия Д.С., который должен  забрать нас на дороге.  А связь оказалась возможна только(!)  с вершины вулкана.  Вот такая вот мобильная связь на Кунашире… J Илюхе удалось прозвониться  и сдвинуть стрелку на вечер.  Мы успокоились,  плотно  отобедали, обсудили дальнейшие планы. Группа рвалась на главное курильское мероприятие – восхождение на Тятю. Знаменитый вулкан, вечно окутанный то шапкой облаков, то туманом, совсем не был виден, когда мы подплывали к Кунаширу. Тем паче хотелось  «оседлать»   местного великана. Я, конечно, восходить не собиралась.

 

Перекур на кекуре

…Спускалось с Менделя куда легче, и через два часа мы уже были на дороге, ждали грузовичок. Приехали две машины, четко по графику – Д.С. удивительно умел  договариваться с людьми!

Он сообщил, что Тихий все никак не успокоится после тайфуна, моторка не пройдет, и надо еще ждать. Плыть предстоит несколько десятков километров, а это не шутки по океану. Нас отвезли на залив у Чертова Пальца, или кекуры - местечко ~в десяти километрах севернее Южно-Курильска, между двух живописных скалистых мысов.  На стоянке делать особо  нечего, разве что поглазеть на океан и подышать запахом гниющих ламинарий…  Однако и здесь мы нашли себе занятия. В получасе ходьбы на север впадает  река, куда рыбаки могут отравиться помахать спиннингом.   В отливных зонах  у мысов ловятся  крабы, а на побережье везде валяются раковины.
Вода в океане холоднючая! Но быть на побережье Тихого – и не искупаться?...  Охотничья диаспора   сочла священным долгом обмыть чресла  в заливе. Правда, выскочили   быстро – не Сочи…

Местные крабья, понятно, никуда от нас не делись. Они темно-коричневые,  местами с фиолетовым отливом, крупные  и шипастые. Несмотря на то, что все крабы относятся к отряду десятиногих (8 ног + 2 клешни), у «камчадалов» – всего шесть ног. По крайней мере, у обоих пойманных экземпляров их было шесть!   Домашний старый сушеный краб  тоже имеет шесть ног.  В удивлении я полезла  в «Жизнь животных». Да, все крабы как люди, а камчатские – вот такие уроды! Идем читать первоисточники, Догеля. Многоуважаемый биолог, которого я зубрила в юности, пишет вот что: мол, камчатские крабы великие затейники. В случае опасности при сдавливании (?) они  СБРАСЫВАЮТ заднюю пару ног, как ящерица,   и называется это автотомией.
Но тут, мне кажется, профессор Догель сдурил.  Во-первых, зачем крабу сбрасывать сразу обе ноги? Во-вторых, получается,  что  при приближении  Илюхи все окрестные  крабы от страха откинули лыжи.  Заранее! Чушь какая-то…  И на тушке даже нет места, где бы крепилась задняя пара ног!  
Правда, у крошечных личинок (зоэа) камчатского краба – восемь ног, рисунок в энциклопедии не оставляет сомнений.  Вот тут-то и кроется великая тайна…  Куда девается еще пара?  Есть еще одна версия. Оказывается,  камчатский краб не является крабом в прямом смысле слова, он относится к семейству крабовидных раков-отшельников. Еще две ноги у него спрятаны  под панцирем!   Так говорит уважаемая «Википедия». Мужики! Вы, когда лопали крабов – видели там еще ноги?...  Уже размеру панциря и, извиняюсь, зада, видно - никаких ног там поместится не может, если только они не развивались ВООБЩЕ с личиночной стадии. А раз они не развивались, то их и нет.

Так что умные теории идут лесом.  Шесть ног - так шесть…  Вот такой он, камчатский краб! J

Пойманные нами экземпляры -  это детишки, по размеру не пригодные  даже к  промышленному консервированию. Нормальный «камчадал» намного больше, у него тело размером с миску, а лапы  размахом в метр… но за ним надо нырять далеко и глубоко…
Из раковин на пляже Чертова пальца «живут» блюдечки, букцинии, гребешки Свифта и мерценарии (или, возможно, это сахалинские макрты –  очень похожи). Нашла я и сушеную голотурию с  пластинчатым скелетом,  мало свойственным этом семейству.


Вот найденные чудеса: kunashir rakoviny 2007 Asya
 
DSCF1846
DSCF1848
DSCF1855
DSCF1856
DSCF1858
DSCF1859
DSCF1860
DSCF1861
DSCF1863
DSCF1864
DSCF1869
DSCF1870
DSCF1872
     

 


Перейти на часть 2

 


   TopList    Яндекс.Метрика
Лента |  Форумы |  Клуб |  Регистрация |  События |  Слеты |  Маршруты (Хронобаза) |  Фото |  Хроноальбом | --> Видео |  Радио Статьи |  Лодки |  Турснаряжение |  Тексты |  Отчеты |  Худ. литература |  Марфа Московская |  Марфа - рассказы |  Заброска |  Пойду в поход! |  Карты |  Интерактивная карта |  Погодная карта |  Ссылки |  Поиск |  Реклама |  Белая Сова |  База |