ПРОЭКТ – 00

или

возвращение Нюрки

 

 

 

Зимняя пародия

 

 

 

 

 

 

1.

 

Нюрке*  счастье улыбнулось лишь однажды, когда  она дочь родила; да и ту потеряла… Ностальгическая Нюркина душа не вынесла иммиграции, оставила она в лесах повзрослевшую Кайю с мужем, перекрестила их, да и вернулась на Родину. В нашем мирке крыльями особо не размахаешься, а самой-то Бог ни перышка не дал, потому самое разумное было – возвратиться.

 

            Тут и друзья-подружки старые слетелись, забыв недоразумения… Было, о чем поговорить, что рассказать; время сглаживает морщины обид и рытвины измен смирительным катком.  Аллею, правда, спилили, на ее месте возвели торговый комплекс и даже мемориальную доску про Нюрку-в-гнезде не повесили, гады! «Не видать вам удачи..» – добренько подумала А.А,  глядя на бетонное безобразие.

Старую липу было жалко до слез…

            Приютила школьная подруга – второй раз в разводе, муж оставил большую квартиру  и дальше полетел, кого-то осчастливить. В общем, живи – не хочу! Нюрка вернулась со  своим котом Андреем, век  кошачий доживающим.  Начала работу искать, да встала проблема с пропиской. Кинулась в жилконтору – а там она без вести пропавшая с концами. Долго Нюрка била себя в части тела, приводила кучу свидетелей, жаловалась в органы, подмазывала, требовала идентификации и реабилитации.  Ну, бомжевала десять лет, с кем не бывает, теперь вот исправилась… К счастью, через два месяца суд постановил, что она жива. 

            Подружка Люба  временно прописала ее у себя – делать  все равно не фига, скучно, сын в Штатах, дурачок,  от мужиков захотелось покоя  – отчего бы не сделать доброе дело?

            Нюрка, не любившая сидеть сложа клешни, устроилась на молочный комбинат контролершей в цех розлива. Вместо коньяка по вечерам теперь ряженку попивали, да молочко, которое А.А. притаранивала с работы.  Со свежими рогаликами всем рекомендую! Застольные разговоры  подруг в основном  сводились к воспоминаниям, как будто жизнь была уже прожита - верный признак приближения климакса.

 

            В этот недобрый вечер Нюркин усталый взгляд задержался на пакете – китайская молочная компания «Блиндам», нагло развесившая  щупальца в России, объявила о супер-розыгрыше. Всего-то надо было собрать 333 картинки с изображением похотливой коровы, оторвать зад, пойти на почту,  отправить их в офис компании до середины декабря и выиграть домик в деревне!  Во дворе сопливится  сентябрь,  до любимого праздника время есть, молочко потребляется ежедневно – почему бы и не попробовать? Нюрка, внутренне ощущая себя бездомной и потому несовершенной, решила рискнуть, тем более  что  за попытку денег не берут…

            Любка поддержала идею, обещав посодействовать в выпивании продукции.  В случае удачи подруги поклялись, что переедут в домик, квартиру Любка продаст, а на вырученные деньги купят тачку и будут жить-поживать,  как подобает приличным женщинам…

 

            Началась нелегкая трехмесячная эпопея молокохлебства... Кот усиленно помогал, периодически дрища от перегрузок.  Дамам, хоть и закаленным жизнью, тоже доставалось; иногда сил уже просто не было,  а выливать жалко! - тогда выносили молоко в кастрюльках бездомным кошкам, стекавшимся со всего околотка в невероятных количествах. В месяц предстояло выхлестать сто десять литров  молока,  больше в трех в день! Но ради великой цели люди на что только не идут… Выпитые пакеты аккуратно разрезались, картинки мылись и сушились, стопка их росла в красном углу на телевизоре, радовала глаз…

            Заканчивался ноябрь. Коровы не влезали ни в один конверт, пришлось отправить их бандеролью… Заворачивая ценный груз  в газету, Нюрка шептала одно из заклинаний, которым научил ее шаман в зазеркальной деревне… Она знала, что все эти штучки не помогут; успех – это либо тяжкий труд, либо нелепая  случайность… Однако хуже-то не будет.

 

Надвигалось буржуйское Рождество,  а ответа  так и не пришло, ни плохого, ни хорошего.

Да ну и хрен с ними…

Все вернулось в прежнее русло, только  белую смерть уже пить не могли,  рвало от одного взгляда… Нюрка с трудом удерживала в порядке сознание, стоя у конвейера с молокопродукцией, а  Любка слегла с желудочным обострением –  что и не мудрено. Думается,  не одна тысяча нюрок попалась на розыгрыш – вот уж действительно – супер!

Так рассерженно думала А.А., попивая как-то вечером брусничную настойку в одиночестве на кухне, когда вдруг закурлыкал панасоник в коридоре:

-    Клюева Анна Александровна?

-    Дааа… - протяжно ответила Нюрка, внутренне обострившись…

-          Вас беспокоят из компании «Блиндам»! Примите наши  искренние поздравления и…

 

И?…

 

Кот в страхе отбежал от танцующей бабы. Да, зрелище не для слабых…

 

…Ехать смотреть вожделенный приз еще не пришедшей в себя Нюрке предстояло  одной – подруга не могла находиться дальше, чем в минуте ходьбы от унитаза. Упаковав с ее помощью нехилую дорожную сумку – жизнь научила  всякий раз собираться, как на войну -  Нюрка легла спать… Сон не шел, взбудораженный мозг радостно скакал в черепе, как резиновый мячик,   пришлось принять злое снотворное.

Агент обещал заехать завтра в полдень.

 

 

            …Без пяти час сонную квартиру пробуравил  звонок – приехал агент, нагло опоздав. Тяжело, видно, расставаться с домиком – Нюрка это понимала и не возбухнула по обычаю. Но приз – есть приз, все по-честному!

            Агент Крысовидный не понравился женщинам. Суетливый, востроносый мужичонка в китайской курточке крепко сжимал волосатыми лапками "дипломат" без ручки. От него попахивало. Новая владелица, расписываясь на очередном листке, недовольно-услужливо подставляемом агентом, корила себя: «Радоваться должна, дурища картонная, на старости лет счастье подвалило, а ты от посланника счастья  нос кривишь… Раньше гонцу с хорошей вестью чарку водки подносили, и закусь, да соболя с плеча… Надо быть терпимее к людям! Ну и что – похож на крысу?… Может, он человек хороший, а жена кобра и сын идиот. И потом, от всех мужиков пахнет, чай, не европа!  Он, небось,  носится целый день, вон как клюв ветром заточен! А тут еще баба какая-то целый дом на халяву получила  - обидно ему… Может, он тоже картинки вырезал и вся семья с гастритом теперь?…»

            Во дворе поджидал древний «Москвич», нежно любимый Крысой, судя  по ухоженности.

-          Далеко ли ехать? – деловито осведомилась Нюрка.

-          Порядком… - пробурчал тот, оживляя чудовище.

 

Анну Александровну это не смутило. Дареным домикам в окна не смотрят! Ежу понятно,  что не пять км от кольцевой… Лишь бы место приятное было и соседи тихие.

Однако в пути, за разговором, стало кое-что нехорошо проясняться. Только теперь одуревшая от счастья Нюрка поняла, что дареные домики – о двух концах. Ясно, что никакая компания просто так не расстанется с хорошим коттеджем! Но все  оказалось  гораздо круче: Бог знает, где, за Дмитровским Погостом, полтораста километров  от столицы на восток есть глубокое озеро Карасово. И вырастают там караси  в полпуда, желтобокие сторожкие черти…

Стоит на берегу того озера деревенька Черепки, наполовину дохлая, но кое-где признаки жизни подающая. «Только очень суровое сердце может полюбить эти края!» -  сказал Крысовидный, не отрывая взгляда от скользкого шоссе. Нюрка закурила в окно, пытаясь уловить суть сказанного…

Через три часа  путешествия "москвиченок" остановился у заснеженного берега Карасова.  Нюрка вылезла,  растягивая позвонки.  Озеро было круглым и черным, как задний проход, смотрело строго, парило, словно геотермальный источник.  Наледь по краям  жалко отступила перед неведомой стихией…   Пророческим становилось крысиное высказывание; но Нюрка так много в жизни повидала, что испугать ее было сложно чем-либо.  Несмотря на мрачность пейзажа,  воздух был свеж, очарователен, легкое шуршание вьюги о наст  ласкало ухо после городских шумов. Низкие плешивые деревья живописно торчали  в засыпанных снегом  болотцах , окруживших деревню.

-          Не хотите взглянуть на дом?

Нюрка вышла из благолепного ступора и кивнула.

-          А вот и он, красавец!…

 

Они подошли к темной покосившейся избе на куриных ногах… нет, показалось – на каких-то сваях, утопавших в сугробах.

Хозяйка оторопела.

 

-     Да, болотисто здеся… - виновато моргнул мужичонка. – Зато

красиво! И народу немного…

Невдалеке, в лешневатом лесу, гулко ухнуло.

-     А… туда не ходите, горбачи дуркуют -  махнул рукой агент и заискивающе добавил: - Домик будете смотреть?

 

Не дожидаясь ответа, он отпер замок и открыл дверь. Взвизгнули непуганые петли. Нюрка молча прошла в избу и стала шарить рукой выключатель, осторожно нащупывая ступнями половицы. Доски скрипели, но держались. Выключатель не работал.

Мужичок со вздохом вытащил из-за пазухи маленький фонарик .

-          А что, света здесь разве нет?

-     Наверное, неполадки на  подстанции… или провода срезали. Воруют… Сейчас выходные, а в понедельник обязательно пришлем электрика!

-     Господи… - только и смогла вымолвить Нюрка. – Я лучше  приеду сюда в понедельник. Как сюда добраться на общественном транспорте?

-     Не знаю… На электричке до Черустей, дальше - полчаса на автобусе. А лучше на машине. А  у вас разве нет машины?

 

Нюрка нецензурно промолчала.

Да, подарочек тот еще… Какое там – продавать квартиру! Лучше эту рухлядь продать, но сердце уже подсказывало, что это дохлый номер. Кому такое нужно?… Ай да китайцы, ай да молодцы, мать их за ногу!

-          А что это за лестница?

-     На чердак… - агент Крысовидный почему-то нервно переступил с ноги на ногу и оглянулся. Сверху вдруг явственно послышался скребеж.

-          Дайте сюда фонарик!    

 

А.А. нервно выхватила влажный фонарь из рук мужичонки и посветила вверх. Стало видно, как в потолке отодвинулась деревянная заслонка, и из проема свесилась чья-то нога в валенке. Агент поспешно схватил фонарик, потушил его и прошипел:

        Тише! Это Кормящая…

В полутьме кто-то, чертыхаясь, спустился по лесенке вниз. Из проема явственно пахнуло дерьмом.

-      Кто? – испуганным шепотом спросила Нюрка, чувствуя, как колотится в грудях…

-          Кто-кто… Баба это.  Которая кур кормит!

-          Там что – куры?!

-    Там и петух есть… он по утрам орет. Ничего, вы привыкнете… Лучше будильника! Да вы не бойтесь – он поорет-поорет, и перестанет…

 

            Баба  тем временем выплыла из дома через открытую дверь, словно привидение.

-      Вот, это… Ваши документы. Теперь вы полноправная владелица данного дома. Поздравляю вас от лица компании и от себя лично!… Ну, я поехал, что ли… -  быстро сказал мужик и тоже потянулся к выходу.

 

Нюрка зловеще молчала, стоя, как вкопанная.

 

-     Ключ  в двери! Документы на столе. Не скучайте… заведите себе что-нибудь четвероногое… рыбу, например… мда…

Мелким, нерешительным шагом агент направился в сторону "москвича", прижимая похудевший дипломат острым локтем.

-     Подождите! Но мне не нужны куры!!! -  А.А. ринулась вдогонку и схватила мужика за костлявый пиджак – Я не просила кур!…

Тот обреченно остановился:

-     Гражданка Клюева! Я ничего не могу сделать.  Я всего лишь агент, мне поручено оформить документы и вручить вам приз. Все претензии – к учредителям компании «Блиндам» в судебном порядке… Если, конечно, вы захотите… Вы  что тут думали? Что вам забесплатно особняк подарят с горячей водой?!

Нюрка почувствовала, что сейчас разревется.

-      Ну вы это… не расстраивайтесь сильно! Вот вам фонарик… подарок фирмы! Пригодится.  А в понедельник электрик будет, живой или мертвый. Это единственное, что я могу вам обещать.

 

 

А.А. оторопело смотрела вслед удаляющейся машине и лишь минут через двадцать пришла в себя. Потом опрометью кинулась в дом, пошарила лучом в сенях – ага, есть! -  я вам покажу, ежкин кот, кур здесь мне разводить!!! – схватила лопату, надеясь зашибить весь курятник, и стала подниматься по лесенке, зажав фонарик в зубах…  Бесполезно потыкала черенком в стропила – никакого люка не было и в помине. 

Так…

Спокойно, Анна Александровна. И не такое случалось… Кажется, во дворе валялась приставная лестница. А уж  окошко  снаружи в чердаке видела своими глазами, в солнечном свете,  твердом уме и здравой памяти!

Нюрка вышла и осмотрела местность. Солнце потихоньку скатывалось на покой, в лесу вновь протяжно ухнуло и рассыпалось мелким верещанием…

Не-е, нас не напугать! Не на ту напали, паразиты.  «Интересно,  куда с чердака девается куриное дерьмо? И где, кстати, здесь  сортир?…» – вдруг засвербили правильные мысли, не давая мозгу утонуть в ирреальности…

Нюркин подозрительный глаз, шаря по дому, зацепился  за два странных провода, тянущихся из внушительного отверстия в чердаке и уходивших прямиком в черную гладь озера... Она подошла поближе  и опасливо их потрогала – провода были настоящими. Это оказались стальные тросики в густой смазке. Неожиданно трос, на который она положила ладонь, явственно задрожал, с чердака послышался скрежет лебедки, железо в руках двинулось, оставив на варежке черный масляный след… Нюрка отдернула руку и тут же увидела, как из окошка выползает обычная плетеная корзина, прикрученная к тросу алюминиевой проволокой. Корзина медленно поползла вниз, проплыла мимо удивленного Нюркиного лица, обнаружив в себе десятка три бежевых яиц, и тихо, без единого плеска скрылась под водой… Пока А.А. стояла, окостенев в размышлениях, корзина так же медленно ушла наверх, мокрая и пустая.

Да, торфяное озеро Карасово было весьма и весьма подозрительным…

 

 

            …Из шока Нюрку вывел требовательный звонок в дверь. Она села в постели и тупо уставилась на часы. Без пяти двенадцать. Бог мой!…

 

-   Вы Клюева? – улыбающаяся блондинка с порога протянула руку. – Я из компании «Блиндам», вам должны были вчера позвонить! Мне поручено сопроводить вас к вашему новом дому.

-          Куда?… Ах, да… Извините… я спала…

Обалдевшая Нюрка пригладила лохмы «Я сейчас!» и скрылась в ванной. Перед глазами все еще висел драный  валенок…

 

Через полчаса она была готова. Перед отходом заглянула  в комнату к спящей в отрубе  Любке, погладила кота и напоследок подмигнула себе в прихожее зеркало – на счастье.

- Ой! Какой у вас котик! – сюсюкнула дама. Андрей  почему-то зашипел  и спрятался за хозяйскую ногу.  Нюрка цикнула на оборзевшего кота и медленно вышла, стараясь не хлопнуть дверью; сон все еще не выходил из головы, держал в оцепенении. Последнее, что увидела – это черные кошачьи глаза, величиной с озеро  Карасово…

 

Внизу их поджидала косоглазая иномарка, у открытой дверцы курил подтянутый детина в добротном пальто, темных очках и  при видневшемся под шарфом галстуке. В теплой машине Нюрка угрюмо посмотрела на даму:

-          Документы покажите!

Женщина чуть вздернула красивую бровь, но с готовностью открыла кожаную папочку, которую держала на коленях.  А.А. внимательно осмотрела каждый листок, но все было в порядке, и даже пахло неплохим парфюмом. На всякий  случай, чтобы  навести в голове порядок - потребовала еще и паспорт спутницы.  Бровь вздернулась еще выше, однако дала о себе знать вышколенность –  ушьми не повела. Хорошо платят, наверное…

-     Что у вас за духи? – попыталась завести нейтральную беседу Нюрка, слегка успокоившись.  Женщина, оскорбленная недоверием, немного оттаяла. Они  поговорили о косметике, причем говорила преимущественно агентша, так как Клюева слабо соображала в данном вопросе, но нос имела очень чувствительный.

-          Клево пахнете! – отечески  улыбнулась она. 

Попутчица сочла за лучшее промолчать.

-          Кстати… А далеко ли ехать?

-     Ну, что вы! - ответил до сих пор молчавший шофер, - от кольцевой минут двадцать, по  Пятницкому шоссе.  Ваш домик стоит в замечательном коттеджном поселке! Будете жить рядом со одним знаменитым бардом.

-   Да-да! – подтвердила блондинка.  – Ну, скоро сами все увидите. Будет телевидение, наше руководство  и небольшая пресс-конференция,  так что готовьтесь отвечать на вопросы. Главное – не смущайтесь! – добавила она, взглянув на Нюркино напряженное лицо.

-   Я понимаю… - нервно облизнулась А.А., – Не каждый день дарят целые дома…

 

В конце пути она окончательно успокоилась, а когда приехали на место, и вовсе ожила.  Странный сон выветрился, оставив лишь смутные, ничего не значащие обрывки в голове.  Спутники оказались милыми, обаятельными людьми, а поселок – обычным коттеджным поселком, каких сейчас пруд пруди.

На небольшой площадке против дома их уже поджидала толпа дубленистых мужчин  и женщин. Телевизионщики возились с двумя софитами, кругом змеились провода и толпились люди. Компания решила отметить дарение дома с помпой, что, в общем-то, понятно.

Они с трудом нашли щелку в куче машин, припарковались, и вылезшую Нюрку тут же окружили, осветили, отдавили руку, сунули букет…

Было приятно.

 На воротах перед домиком красовался плакат, увешанный разноцветными гирляндами, бестолково моргавшими над головами собравшихся.  С плаката смотрела громадная улыбающаяся корова с цветком в зубах:  «Добро пожаловать в новый Дом!»  Подкатился парень -  пар изо рта -   с шампанским на пластиковом подносе. Нюрка в запале опрокинула в себя два фужера подряд и почувствовала, что сегодня  действительно праздник… жаль, Любаня не видит всего!

Происходящее напоминало наскоро срежиссированный спектакль, но в целом  было весьма пристойно. Уже толкал речь один  из директоров «Блиндама», потом ей сунули в замерзший нос микрофон с лейблом канала ТВ-00, и Нюрка честно отвечала на вопросы, и даже, кажется, пообещала на радостях всех пригласить на новоселье, чем вызвала приступ аплодисментов.

«Позвольте вашу сумочку!…» Сумку у нее неоднократно пытались забрать, но Нюрка держала добро цепко, хоть и понимала, что выглядит дурой…

На наспех сколоченный деревянный постамент  залезла девчушка-ангелочек лет шести, и, запинаясь от испуга, произнесла стих про недвижимость:

«…В окнах зажгутся дома…»

 

            Народ загудел, кто-то засмеялся. Дитя смутилось окончательно:

 

                                    «… стакан хлеба

                                    и кусок молока…»

 

            Взрыв хохота сотряс толпу; девчушка со свекольной  рожей торопливо сползла с постамента «Ой, ёёё…! Теперь меня вздрючат по полной…» - печалилась она, но никто не заметил детских слез – шоу продолжалось. Динамики благодушно провыли «Погоду в доме», все снова зааплодировали; мальчики в блиндамовской зимней униформе   ползали в толпе с подносами, как песчаные черви...  На сцену поднялся коммерческий директор "Блиндама".

            Нюрка подошла к ребенку и присела, заглянув в мрачные глаза ангелочка - это была вылитая Кайя в детстве, только без крыльев. Тень грусти пробежала по лицу женщины…

-          Ну… Чего расстроилась, дуреха? Платок есть? Давай вытрем…

Девочка покорно засморкалась в несвежий платок, потом спросила:

-          Тетя, а откуда берутся сопли?

-          Разве это сопли? Глупая! Это - слезы. Это плачет твой третий глаз…

-     Значит, не сопли… - мелкая зачарованно  осмотрела содержимое платка.

-          А где этот глаз?

-          Прямо под шапкой, - Анна Александровна легонько ткнула ее в лоб.

-     Его не видно, но  он ужасно чувствительный. Чуть что - начинает плакать. Особенно зимой! Слушай, у тебя совсем руки замерзли… Где твои варежки, кукла? Потеряла?

-     Не-е… Они у меня в рукавах, на резинках!  Мне мама сделала, а то я всегда теряю.

Нюрка не смогла устоять перед цунами забытой нежности и  вытащила из сумки красивую  сувенирную  ручку, с которой никогда не расставалась… Ручку она купила в Канаде,  сто лет назад, еще во времена гнездового периода.

-    Держи, это тебе… В школе будешь отличницей!

-    Ой… Спасибо!  А как же вы, тетя?

-          А зачем мне она?… У меня теперь есть целый Дом. Ты писать умеешь?

Малышка неопределенно кивнула и вдруг, загадочно улыбаясь,  стала шариться по нательным сусекам:

-     А это тогда вам!  -  она протянула женщине свою драгоценность - слегка мятую, но целую хлопушку, стреляющую конфетти. - Дерните вот за эту нитку… Только сильно дерните!

            -     Спасибо… - растрогалась Нюрка, принимая ответный подарок. ­- Ты славная девочка. Мне  как раз нужна хлопушка на Новый Год!  Как тебя  зовут?

-          Майя… Ой, моя мама идет!

-          Хорошо , беги… Удачи тебе, ангелок…

«Надо же… Даже имя похоже…».

 Нюрка торопливо засунула хлопушку в карман  и вновь отдалась празднику. Тут же раскрасневшуюся хозяйку нового дома взяло в оборот настырное телевидение. Ее спрашивали, нравится ли ей подарок, но  Нюрка на  Дом мужественно старалась не засматриваться, марку блюла!  Судя по высокому и аккуратному кирпичному забору с колючей проволокой  наверху дом был – что надо!  По крайней мере, видневшийся над забором флигелек с окошком-бойницей радовал глаз.  Вот это дааааа…

Сейчас у нее даже мобильника не было, не то что машины… класс ниже среднего, чего уж там говорить! Теперь Дом сравняет ее с этими чванливыми рожами; в конце концов, кто как не Нюрка, заслужил такой приз – в жизни было столько гадостей! – должно быть, черт возьми, в природе равновесие… Она   вспомнила про избу с яйцами  и глубоко вдохнула,  прогоняя смешной кошмар…

И вдруг осознав, что счастлива наконец-то,  что все вокруг -  не сон, настоящее, что ей действительно повезло, коварная Судьба сжалилась и сделала ей  царский подарок,  счастье привалилось теплым боком – Анька  Клюева  расплакалась, и подлая камера тут же слизала  эти слезы стеклянным языком зрачка…

Ей поднесли подушечку с громадным символическим ключом, напоминающем золотой ключик Буратино.  Но это было еще не все - подошла тетка в убийственной шубе и вручила ей белую кошку! Нюрка растерялась - животных ведь нельзя  дарить! - но виду не подала;  ведь хотели же, как лучше, наверное… Кошку принято первой впускать в новый дом, чтобы жилось в удовольствие. Интересно, как воспримет ее старый Андрей? 

На здоровенном кожаном ошейнике, инкрустированном цветными стекляшками,  ровными буквами было выведено имя: "Глюква".

 

Опять много говорили… Уже стемнело, когда вся эта надоедливая стая разлетелась.  Нюрка приложила магнитную таблетку к маленькой дырочке на воротах  – дверь тут же услужливо распахнулась. «Техника,  млин!…»  - гордо подумала хозяйка и шагнула внутрь. Войдя, она остановилась посередине двора, поставила сумку на запорошенную снегом дорожку из фигурных плиток, и только теперь позволила себе взглянуть на Дом…

Дом вежливо молчал.  Женщина нерешительно сделала несколько шагов к вперед, и площадка перед входом тут же озарилась  включившимся прожектором. Нюрка слышала  про такие штучки, но все же вздрогнула. Придется привыкать!

Сзади  щелкнуло – это самозакрылась железная дверка в воротах.  Клюева окончательно почувствовала себя в безопасности и двинулась в Дом, чтобы позвонить подруге.

 

 

 

2.

 

 

 

В Доме было тихо и пусто.  Нюрка нашла  выключатель и сразу понеслась в туалет.

Санузел порадовал отделкой по-европному, краники блестели,  на девственной  чистоты плитки было страшно наступать.  Ванная поразила воображение Нюрки – розовая, треугольная, со множеством дырочек; даже полотенца уже висели.

В холле стоял здоровенный плоскомордый «Соня»,  разные аудио-видео дела, в углах  затаились колонки.  Хозяйка с сомнением осмотрела газовый камин, несколько идиотских стилизованных статуэток на нем, часы.  Рядом  в витой чугунной стойке зачем-то стояла кочерга, видимо, для антуража.   Телефон!… Надо срочно звонить Любке. Изящная трубка удобно легла в ладонь. Ну, как все кле-е-во… Просто сон!

Нюрка ущипнула себя  за бедро и взвыла. Нет, не сон. Черт,  гудка нет. «Вот гады! Не могут, чтоб уж все было по-человечески… Россия, б…»

С немного потухшим настроением пошла смотреть святое святых – кухню.  Все сияло, ждало! Вытяжка работала, как ни странно, холодильник пастэльных тонов оказался  под завязку набит разной всячиной, и женщина почувствовала, что ужасно  голодна.  Однако жрачка подождет… никуда не денется.

Она  поднялась на второй этаж, по дороге включая  свет. Бра, вклепанные в стены, были сделаны по уму  -  мягко вспыхивали, не резали нерв. Кошка быстро освоилась, словно всю жизнь провела в этом доме, и везде сопровождала ее, путаясь в ногах. В спальне,  прямо посередине, раскинулся широко нехилый  сексодром;  А.А. поежилась… Опоздал, милый! Щас-то чего…  Ладно, был бы мягкий.  Ох!… Хорошо как… Спать охота.  Флигель можно и завтра посмотреть…

Сняв обувь, она развалилась прямо на покрывале, наискосок, и с наслаждением вытянула   конечности. Прямо перед кроватью  висела огромная картина с голой мясистой бабой, которая тоже валялась на какой-то  простыне, и при этом еще поедала  виноград. Смотрела она в упор на новую хозяйку.  Нюрка заставила себя встать и выключить свет, избавившись таким образом от пристального взгляда.   После этого прошептала старую студенческую «сплю на новом месте, приснись сосиска в тесте…» и заснула, как убитая.

Глюква молча свернулась рядом.

 

В полночь раздался страшный удар гонга.  Нюрка подпрыгнула. В часах над головой что-то скрежетнуло, открылась маленькая дверца, с жужжанием  выдвинулось тело механической кукушки; она расправила жестяные крылья:

-          Ку-ку!!!

-          Господи… Пошла вон!

-          Ку-ку! Ку-ку! Ку-ку! Ку-ку!  Ку…

Сапог попал точно в цель.

Помятая птица, зловеще подергиваясь, удалилась в  отверстие. Дверца захлопнулась.

 

Утром бодрая, хоть и не до конца выспавшаяся Нюрка спустилась в ванную и долго нежилась, припеваючи, в теплых струях. В зеркале напротив плескалась седая тетка, с ноухау на голове, мелькали синие реки на ногах, вялые сиськи, молочный живот… Кошмар! Все, надо брать себя в ежовые руки. Когда еще заниматься собой, как не после сорока?!…

 На кухне сварганила нелегкий завтрак из первого же пакета, который попался – это оказались равиоли .  Пельменями  покормила кошку – Глюква долго выпрашивала, уморительно стоя на задних лапах…  Ладно, вечером  можно дать ей корма или сварить рыбы, всего этого в холодильнике лежало до фига. Телефон, зараза, по-прежнему не работал, придется заняться этим попозже.

Флигель оказался совершенно пустым, если не считать бильярдного стола с готовым к игре треугольником.  Цветное свиноголовое войско молча ждало, когда на него обрушится белый шар… Нюрка  задумчиво повертела в руке кий, поставила его в угол,  и подумала, что ей еще многому придется научиться, чтобы быть не хуже других. Ладно, с третьим этажом что-нибудь придумаем, пусть пока бильярд стоит, кто ж против.  Кстати, здесь неплохо впишутся тренажеры…

Она спустилась вниз, переоделась в спортивный костюм, привезенный с собой, высушила  волосы, одела куртку, и отправилась на улицу - посмотреть Дом снаружи.

 

Стоял отличный, яркий денек. Ворота, ведущие в подземный гараж, оказались заперты, и замка видно не было. «Дистанционка!» -  догадалась Нюрка. Однако ее еще надо было найти. Ну, что ж, не все сразу… В гараж можно  войти и через подвал. Да, еще предстоит осмотреть подвал, кстати – все эти отопительные системы и прочее… Брр… Так не хочется, хотя придется,  надо менять менталитет. Это же не гнездо, черт возьми!

Но не сейчас.

Нюрка решила первым делом вернуться домой, забрать подругу и кота, а потом плотно заняться продажей Любкиной квартиры.  Подвально-гаражные тонкости подождут,  с ними без ста грамм  не разберешься. Все равно машины пока нет,  батареи вполне горячие, и вода есть.

Она вернулась в Дом, села на пол перед  холодной пастью камина и еще раз пробежалась по документам - схемы нового жилища так и сяк, договора, какие-то бумажки  - черт ногу сломит. Ну их в пень! 

 Нюрка закрыла дверь на ключ, одела варежки и вышла к воротам. Однако сколько ни искала там дырочки для магнитной таблетки, найти не могла. Изнутри не было ни крючков, ни засовов, ни замочных скважин. Видимо,  тоже  открывается какой-то хитрой электроникой. Дела…

Минут сорок разозленная Нюрка шарилась по каждому сантиметру ворот, надеясь отыскать скрытую кнопку или что-то в этом роде,  но так ничего и не смогла обнаружить.  Страшно ругаясь, она вернулась в Дом. Выпив  для храбрости банку пива из холодильника,  пошла обыскивать подвал на предмет дистанционных управлений.

Подвал оказалася запертым на замок с секретом.  Пока хозяйка тупо рассматривала бронированную  дверь, подошла кошка.  Она остановилась в метре от  преграды и неожиданно раздула хвост до докторских рамеров… Потом, фыркнув,  покинула местность.

 

Клюева  долго крутила колесики – все бесполезно, надо искать код в документах. Однако весь следующий час скрупулезного чтения ничего не дал. Вот ведь фигня какая…

Быстро осмотрела связку: входной от главной двери, злосчастная «таблетка», бабочка от кладовой, куда она заглядывала недавно – на ней висела табличка «пылесос»,  но внутри оказались ведро и тряпка… Все остальное забыто по чьей-то халатности, в спешке… Вот так у нас всегда, мать-перемать. Телефон не подключили, ключей нет. Хоть воду не забыли, придурки чертовы!

Стой, еще что-то было кроме ведра… Ну конечно! Там лежало дистанционное управление. Наверняка этот от гаража или ворот. Ура!!!

Нюрка мухой влетела в кладовку, память не подвела – там действительно лежала эта штука.

Тык-тык-тык…

В глубине  холла что-то  зажужжало. 

Из-за дивана выехал громадный серебристый пылесос на колесиках и принялся тыкаться во все стороны, как игрушечная «марсианка», а  затем поехал прямо на нее.  А.А. с перепугу принялась жать все кнопки подряд, чтобы остановить  чудище, но вместо этого из него вдруг выскочила железная телескопическая трубка со щеткой на конце и ударила ее прямо в живот.  С ракетным ревом включился  вакуумный турбо-засос.  Нюрка  пошатнулась и рухнула на ковер, пылесос намертво присосался хоботом к  свитеру, и сожрал почти половину, прежде чем женщина сумела отцепиться...  Как была, на четвереньках,  она резво поскакала на кухню, надеясь обмануть тупой механизм, но чувствительные датчики   не могли позволить уйти мусору… Нюрка в ужасе успела захлопнуть перед хоботом дверь, и хренов луноход несколько минут злобно жужжал и бился, пока автоматически не перешел в режим покоя. 

Долго счастливая обладательница недвижимости не решалась вылезти из кухни.  Кинула на пол и раздавила ногой устройство управления,  эту чумную  лягушку; затем осторожно открыла дверь и несколько раз помахала рукой перед железным рылом, но пылесос никак не среагировал. Со вздохом облегчения она откатила его в угол, не сводя глаз с паразита – кто знает, на что еще способны эти улиточные глазки? Однако  механизм не подавал более никаких признаков жизни – видимо, без  пульта управления  он жить не мог.

Вытерев пот со лба и с печалью оглядев изжеванный  и изодранный свитер, Нюрка поняла,  что легких путей судьба ей не подарит.

Что ж, придется тряхнуть стариной – лезть через забор. Конечно, если кто увидит со стороны – конфузу не оберешься. Но что делать,  хуже не будет, если все и так через задницу…

Лезть через забор не хотелось.

Нюрка, решив про себя устроить "Блиндаму" грандиозный скандал, вновь, кукожась от колючего ветра,  двинулась вдоль ограды, обходя ее по периметру и внимательно осматривая кирпичи, надеясь хоть за  что-то зацепиться взглядом; однако  повторный контроль ничего не дал… Ну что ж, теперь с легким сердцем можно позориться!

Она подошла к воротам и прикинула, сколько чего надо поставить, чтобы добраться до верхушки. Выходило порядком -  забор два с половиной метра, не меньше, а сверху еще колючая проволока, вогнутая внутрь. Нехило… Наверное, где-то в подвале есть складная лестница, но туда не проникнуть, так что про этот способ придется забыть.  Значит, придется так: вниз – надежную тумбу из холла. На нее – складной столик из кухни.  Если не хватит – еще табуретку.  Из спальни надо принести одеяло, накинуть на проволоку, чтобы не ободрать себе зад.

…Пока стягивала  одеяло с сексодрома, взглянула на картину – баба смотрела  в упор, насмешливо…  Клюева выругалась  и побежала вниз. Самым ужасным  оказалось тащить тяжелую деревянную тумбу  под старину, на кривых упирающихся ножках; но дотянула, тело было еще сильным.  Столик  из пластика и  алюминия, и табуретка хлопот не доставили. Однако перед заброской одеяла неплохо бы попробовать разорвать проволоку! Она не такая уж толстая, хоть и страшненькая на вид… Понадобится что-то длинное, типа  швабры, но попрочнее.

Кочерга!

 

И покурить, блин… Сигареты лежат на камине.

Нюрка  последнее время старалась курить редко, только когда сильно нервничала, но сейчас, перед решающим боем,  с наслаждением окутала себя дымовой завесой, словно старалась скрыться от непонятного врага…

Уходя, А.А. бросила взгляд на каминные часики – было уже шесть, надо спешить, скоро не будет видно ни черта,  а придется еще как-то добираться до города.  Взгромоздившись сначала на табуретку, потом - на столик,  кое-как балансируя, она просунула кочергу между двумя ближайшими рядами проволоки. И тут же страшный удар в руку снес ее со столика,  а небо над головой взорвалось алмазами...

 

 

…Лежа в снегу, Анна Александровна медленно приходила в себя.  Сердце  билось неохотно, правая рука онемела, ужасно болели ребра, стукнутые при падении.  Наверное, спасло  только то, что пальцы моментально выронили железо, да и сапоги - на полимерных подошвах… Она с трудом встала и побрела, прижимая к себе руку,  в сторону Дома. Толпа  нехороших мыслей билась в мозгу, соседствуя с болью и отчаяньем. Ну, почему у нее всю жизнь так?… Жалко, что нет мобильника… как все было бы просто! На молочную зарплату особо не распрыгаешься. Черт… Как же они не предупредили, уроды!

Нюрка была готова поклясться зубом, что нигде в документах не видела упоминания об электричестве на заборе…

Дома  ощупала голову -  вроде в порядке - и пошла наливать себе ванну,  отпаривать руку и битый бок.  Кошка вилась рядом,  виновато смотрела - словно  все чувствовала, но помочь ничем не могла.

На кухне хозяйка разыскала аптечку, накапала священных сорок капель, выпила единым духом, но что-то смутило. Сначала не поняла, потом с недоверием повертела в пальцах пузырек… Нет, пузырек был нормальным, даже срок годности не истек, однако где тот привычный запах мяты?  Уж чего, а корвалолу она  наглоталась - будь здоров,  а тут словно выпила простой воды.  Даже  Глюква ни единым усом не дернула, наблюдая за хозяйкиными  манипуляциями… 

Она вылила немного жидкости на ладонь, понюхала, лизнула – опаньки! Вода!…

Трясущейся левой рукой - правая работала с трудом -  Нюрка стала вытаскивать все пузырьки  и зубами свинчивать им бошки. Везде, судя по всему, была обыкновенная Н2О.  Таблеток в красивых пакетиках не оказалось вовсе.

            Что за чертовщина?…

            А.А. нервно потянулась за сигаретой, и – ах! – зажигалка не вовремя испустила дух. Женщина с раздражением стала шариться в поисках спичек, однако не нашла ничего, что  давало бы живой огонь.  Глюква  вопросительно мяукнула, глядя на хозяйку, и скребанулась в дверь холодильника.

            "Надо кошке что-нибудь сварить… Кстати!…"  

Неожиданная мысль заставила ее вытащить из ледяного ящика всю продуктовую кучу. Скоро Нюрка, вооружась ножом,  сидела на полу и педантично раскурочивала яркие пакеты и коробки. Предчувствия ее не обманули – все это были не настоящие продукты, а  труха, фальшивка, столь искусно упакованная, что с первого взгляда не подкопаешься.

 Из  нормальной  еды имелась только полупустая пачка с мороженными курьими котлетами - не густо. Но хоть шерсти клок! – Нюрка внимательно исследовала сами котлеты,  опасаясь подвоха,   даже покусала одну из них – язык встретил родную, вонючую панировку. Нормально.

            Глюква печально обнюхала разорванные обертки  и уныло потрусила прочь из кухни. Нюрка осталась сидеть на полу, прижимая здоровую руку к сердцу, думу думала. Что-то здесь не так… Но что именно? Понятно, они не обязаны были набивать холодильник едой. Скорее всего, эта бутафория - для ТВ, на случай, если те захотят снимать внутренности Дома… Но телевизионщиков внутрь не пустили – и слава Богу! 

Однако от этого не легче…

 

 

            Весь следующий день Нюрка лежала, вяло обдумывая ситуацию.  Она еще не  совсем оправилась после удара током,  все время хотелось спать, и мысли о еде отодвинулись на второй план. К вечеру спасительный сон сморил женщину. В процессе отключения ей почудилось, будто наверху что-то шурукнуло… Глюква  вскинула очи,  но вскоре погасла…

Дом  заснул.

 

            На следующий день, почувствовав себя лучше, А.А. встала и отправилась в кабинет на поиски писчей бумаги, и, как ни странно, обнаружила целую пачку в ящике  стола. Там же лежал черный маркер,  что было весьма кстати.  Скоро на свет появилась первая из  записок, написанная торопливо-неряшливо, но все же вполне понятно: "Помогите!!!" - взывала Нюрка к незнакомому прохожему. «Я, Клюева Анна Александровна, не могу выйти из дома из-за отсутствия ключей. Пожалуйста, позвоните в офис компании "Блиндам" или Любе  Печкиной по телефону …  и скажите, чтобы…»

            …Тут Нюрка поняла, что не знает ни названия поселка, ни улицы, ни номера дома! Телефон  выпал из памяти напрочь - что немудрено после удара током… И  приписала стыдливо: "…чтобы нашли большой дом за кирпичным забором с колючей проволокой, который показывали по телевизору!…" Получилось  достойно. Но все же… как-то странно.  Ринулась к папке с документами, но адреса не нашла.  Вместо него в нужной графе стояло: «Зона Ж».

            А.А. нахмурилась. Немного подумав,  зачеркнула блиндамовский офис, а вместо него написала: "в милицию".

 

 

Накропав  с десяток посланий человечеству, она поднялась в бильярдную за шарами, и в недоумении остановилась на пороге - шары были раскиданы по полю, часть из них покоилась в лузах, словно кто-то только что прервал игру.  Оба кия смиренно  стояли в углу, словно ни при чем.

-          Здесь кто-то есть? -  в ужасе спросила Нюрка, оцепенев на пороге.

Тишина.

-          Отвечайте!!!…

 В помещение неслышно вошла кошка.  Подняв хвост, она обошла резную ножку стола и легко вспрыгнула на суконный бордюр. Осторожно обойдя весь стол, Глюква переместилась на поле и стала ловко заигрывать с шарами, гоняя их лапами. Бац - и еще один юркнул в сетку, стукнувшись о предшественника…

            С долгим выдохом "ууффф…" взопревшая Нюрка подошла к кошке и взяла ее на руки, крепко прижав к себе; Глюква ласково замурчала, лизнула женщину в щеку,  блаженно зажмурившись.

            Нагрузив карманы и  руки шарами, А.А. спустилась вниз и принялась заворачивать в них записки. Вскоре все было готово. Несколько шаров Нюрка кинула за ворота, на разном расстоянии, остальные - через другие, второстепенные части забора, на всякий случай. Шары беззвучно падали в сугробы, но кое-где, судя по звуку, попали на укатанную дорогу, так что был шанс. Осталось набраться терпения и ждать - поселок большой,  хоть один человек, да найдет!

            Придя с мороза, Нюрка, не раздеваясь, рухнула в кресло и включила приемник. Так она некоторое время просидела в ступоре, напав на классическую волну; играли то ли Баха, то ли Генделя, и потому стало совсем тоскливо… Снежные следы медленно таяли на паркете.  Да, размышляла Нюрка, праздник испорчен. Непонятно, что происходит в Доме… Вернее, понятно - блеф и разгильдяйство, если не сказать хуже, а получается совсем как-то мистически хреново… Но это надо пережить, потом все устаканится. Плохо вот, что прикурить нечем!

            Несколько попыток запалить сигарету о конфорку закончились неудачно.  Электрическая нерусская плита оказалась не рассчитана на курящих…

            До вечера, поеживаясь, А.А. прохаживалась вдоль ограды,  ловя каждый звук извне ушами-локаторами…  По улице плыло издевательское белое безмолвие,   поселок словно вымер, лишь птицы изредка промелькивали над участком, пока не село солнце. Время идет, подруга беспокоится… Надо что-то делать! Но надо ли?… Наверняка Любка встревожена ее отсутствием и уже звонит во все колокола. Эх, жаль, что нет крыльев, как у дочери.  Пойти, что ли, поужинать… Вот и кошка уже слюной истекает - придется разделить с ней по-братски  котлеты, но лучше бы их оставить, сегодня перетерпится.

 

            Беспокойно переночевав в обществе Глюквы, Нюрка спустилась на кухню и  со вздохом выложила на сковороду две оставшиеся котлеты. Они скорбно зашипели, требуя масла, но увы… Придется как есть, да еще хорошо бы одну оставить, вдруг так сложится, что застрянет  на весь день!…

            Неожиданно снаружи  послышался  шум.

 

Боже, это же МАШИНА!!!

«Машина! Машина!…»

            Забыв одеться, Нюрка, как ошпаренная, выскочила к воротам. Точно,   мотор. Сомнений быть не могло – автомобиль, судя по звуку, остановился прямо у ворот. Наконец-то!…  А.А принялась  радостно орать и долбиться в железные  ворота, что есть сил:

-   Э-эй! Кто там?  Я здесь, я здесь,  не могу открыть ворота, пожалуйста, сообщите охране поселка!…  Эй! У меня кончилась еда!

Переведя дыхание, она прислушалась. Снаружи не доносилось никаких голосов, лишь так же ровно урчал движок. Затем звук мотора начал медленно удаляться.

-   Ой… Подождите!!! - заорала Нюрка и бросилась вдоль забора. - Не уезжайте, я здесь! Сто-о-ойте-е-е!!!

Однако ее не услышали, машина уехала. Стало тихо.  Женщина в бессилье опустилась на снег, и  плакала, пока не промерзла до костей. Холод прогнал обратно ее в  Дом, который встретил хозяйку едким дымом сгоревших в уголь котлет. Пришлось проветриваться. Глюква, словно поняв, что лишилась последней еды, укоризненно смотрела с буфета  на хозяйку. Страшно ругаясь, Нюрка схватила сковородку и засунула ее прямо в помойное ведро, обжегши при этом палец…  затрубила от боли  и бросилась под холодный кран…

Блин!

А воды-то нет!

Господи… Еще этого не хватало.

 

            Срочная ревизия водяных запасов показала, что вода осталась только в чайнике, где-то треть.  Один из туалетных бачков предательски потек,  и был совершенно пуст, а второй и вовсе оказался бутафорским, без внутренностей. Сволочи!!!

            Стоп… Спокойно, товарищ Клюева. Просто в кранах нет воды… Если в кранах нет воды, значит… что?  Значит, в поселке лопнула от мороза труба.  Или что-то в этом роде. Долго это безобразие не продлится - новые русские такой хай подымут! Так что без паники.  Надо отсюда срочно выбираться… но как?

            Но как?… Вспомнился анекдот про русалку, которую выловили два англичанина.  Однако улыбаться почему-то не хотелось.

Она налила немного воды Глюкве, и та жадно приникла к миске.  Ох… жрать-то как хочется!…  Кошки долго могут без еды. Везет же… Нюрка позволила себе  скупой глоток, помусолила воду во рту, проглотила  и  задумалась. День-другой, от силы, она еще здесь протянет. А  что потом?  Ладно, вылезет как-нибудь, не война, не больная, не маленькая.

Вон, паук пополз…

Отставить  плотоядные мысли!

Завернувшись в плед, она устроилась с ногами на диванчике в холле. Кошка не отходила от нее ни на шаг, надеясь, видимо, что ей дадут еды. Неожиданно наверху послышался слабый звук, словно кто-то легонько хлопнул дверью… На этот раз сомнений быть не могло - Глюква рядом, значит, наверху был кто-то еще!

 

И нервы не выдержали. "Да что ж это такое! Дом Эшеров мне тут устроили, чародеи, мля !!!…" 

Схватив любимую кочергу, А.А. стала решительно подниматься на второй этаж.  Дойдя до двери в спальню, она прислушалась, но стук висков перекрывал все звуки.  Пришлось постоять секунд тридцать, успокаиваясь. Она увидела, что рука, сжимавшая металл, дрожит. Потом  хрипло спросила:

-          Кто здесь?!

Ответа не последовало. 

 

"Кто-то хочет свести меня с ума?…"

 

Нюрка рывком распахнула дверь и ворвалась с кочергой наотмашь, готовая  пришибить любого. Однако в спальне никого не было.  Бабища со стены смотрела нахально,  улыбалась мадонной. Нюркин желудок жалобно уркнул, не вынеся образа сочных гроздей… та поспешно ретировалась,  заглянув по дороге в шкаф.

            Оставался третий этаж.  Каждый шаг давался ей с трудом, каждый деревянный скрип  выдавал ее, но отступать было некуда…

            В бильярдной было все спокойно… только шаров стало меньше… Или показалось? Ах, да - она же забрала почти десяток.  Один из киев, стоявших в углу,  упал  - видимо,  она плохо прислонила его первый раз, когда осматривала флигель. Кий - штука тяжелая,   вот вам, сударыня,  и стук…

Тьфу, дура.  Кто хочет свести тебя с ума?! Ты сама себя с ума сведешь скорее.  Нет уж, пожалуйста…

 

На следующее утро, шатаясь от голода и слабости, Нюрка поднялась за очередной порцией шаров. Увиденное заставило вновь схватиться за сердце -  на поле  осталось лишь два шара, белый и черный. Они скалились друг на друга в противоположных  концах, а на полу сидела кошка и невинно смотрела на хозяйку. 

"Стоп!  Мы ведь договорились - не сводить с ума саму себя?  Вот и умничка, Анна Александровна…"

Нюрка задумчиво вытащила несколько шаров и пошла вниз писать еще записок. Ночью прошел обильный снегопад, те шары, на которые была надежда, уже не сыграют…

В  кабинете ее ждал новый сюрприз - отказал маркер. Видимо, он был заполнен  жидкостью совсем чуть-чуть… опять обман?… Сколько ни искала, больше пишущих принадлежностей  найти не смогла во всем Доме, даже жалкого карандаша. Ревизия собственной сумки тоже ничего не дала - копаясь в ней, женщина с ужасом вспомнила, что подарила свою любимую ручку девочке, так похожей на Кайю…  После этого Нюрка совсем закручинилась, хотя честно старалась гнать от  себя дурные мысли.  Никогда нельзя жалеть о сделанных подарках!

Ясно?!

Но ручку было жалко. Тем более, что сейчас она была важнее хлеба…

При  мысли о хлебе живот вновь сжался в требовательном спазме.  Прожорливая и полноватая,  не привыкшая к аскетизму,  Нюрка ужасно страдала.

Тьфу, пропасть…     

Выпив еще глоток воды, в надежде заткнуть рот желудку, Нюрка приняла решение немного  расслабиться,  привести мысли в порядок. Надо просто сесть, успокоиться, и все в черепе разложить по полкам. Ведь есть же какой-то выход из ситуации! Безвыходных не бывает, проверено практикой. Чтобы голова прояснилась, надо  чем-то отвлечься. Гулять холодно… Почему бы не посмотреть телик?  Хотя бы узнать последние новости и какое, черт побери, сегодня число!

Нюрка  кинула себя  на диванчик перед «Соней» и ткнула в первый  канал. Небось, тоже не работает…  Нет, странно - идет какой-то фильм.  «Ну, вот видишь! Не все так плохо. Может быть, стоит пошариться  по эфиру - вдруг тебя уже ищут?…»

Эта мысль воодушевила женщину, и она присмотрелась к экрану.

 

 

 

…Сложно описать, что испытала  Анна Александровна, когда, наконец, рассмотрела изображение.  Телевизор глумливо показывал, как она пишет записки и заворачивает в них шары.

…Что за черт?!!

Еще  канал - вот она в ванной, голая, поет песню, поглаживая тело, а дальше так вообще смотреть стыдно; вот она в спальне, в одних трусах,  одевает ночнушку… Вот она какает с натугой, сосредоточенно глядя прямо в  камеру… Следующий канал – вид снизу.

…Она входит в Дом, задыхаясь, как рыба, зашибленная током, и падает на ковер… на  кухонном полу содержимое холодильника -  и неожиданно камера приходит в движение, подъезжает  прямо к ней - видны растерянные Нюркины глаза,  руки крупным планом, разрывающие пустые обертки… Мелькает белое тельце Глюквы.  

Нюрка с плебейской рожей вертит в руках кий, словно атрибут чужой жизни… пылесос  с ревом набрасывается на нее…

«Ку-ку!»

«Здесь кто-то есть? Отвечайте!!! Здесь кто-то есть? Отвечайте!!! Здесь кто-то есть?…» - бубнил динамик. « Кто здесь? Кто здесь? Кто здесь?! Здесь кто-то есть? Отвечайте!!!…»

 

 

…Нюрка встала и затравленно огляделась.  Проклятый Дом напичкан скрытыми камерами!

Ну, не на ту напали, господа хорошие.

Беглое обследование помещений показало, что с кондачка чертовы стекляшки не найдешь… Голодные извилины шевелились вяло, как куча осенних червей, но тут  сильно помог телевизор,  выдавая  ракурсы.

Ага!!!

…Первой под страшными  ударами кочерги пала колонка в  ближнем углу. Миниатюрное око было вмонтировано  в отверстие для высокочастотного динамика. Конечно,  не знаючи-то фиг увидишь...

ОНИ свое дело знают!

ОНИ?

Ладно, думать будем опосля...

 

Началось избиение  камер. Весь день Нюрка,  взмокшая от тяжелой работы,  методично обходила комнаты и выкорчевывала гадские стеклянные глаза, колошматила мебель и предметы интерьера… Камеры прятались везде - в цветах,   люстрах, светильниках, бачках, за шторами, под столами, в бытовой технике,   в холодильнике…  Долго не могла найти в спальне, перерыла  шкаф,  разодрала в пух матрас, сдернула занавески, раскроила череп торшеру…

-          Ку-ку! Ку-ку!

…Агааааааа!!!

Кочерга с размаху врезалась в циферблат.

-    Ку-ку..ккккккууууууу.. трррррррррр………Бемс!!! Бемс! – вдруг забили  часы тревогу, поднимая дыбом шерсть по  всему телу…  

Вскоре  месиво из колесиков, пружинок и кусочков жести усыпало  пол и покрывало, смешавшись с перьями. А.А., встав на колени,  сосредоточенно копалась в останках, но подглядывающего устройства не нашла. Бабища напротив издевательски поблескивала глазом… Винограда явно убавилось…

Ах ты, стерва окаянная!!!

Нюрка рывком сорвала шедевр со стены,  в ярости раздолбала ногами раму,  изорвала полотно… Долго и с усердием крошила стену в том месте, где торчал глаз и ветвились провода… Провода рвала руками,  изрезав кожу в кровь. Кошка прыгала  рядом, в восторге от происходящего…

К вечеру  было уничтожено около тридцати камер. Может, еще на улице есть? Но даже если и так - о них придется забыть… морозище… и сил уже нет никаких… Господи, как хочется чего-нибудь горячего!

 

Для поддержания боевого духа А.А. нашла сидюк с классикой, врубила на полную катушку. Вторую колонку, бегло осмотрев,  решила пока  пощадить, но жить ей оставалось недолго, и черный ящик  предсмертно орал, словно мамонт в асфальте -   первым шел Вагнер.  Клюева летала разъяренной Валькирией, круша все, что плохо лежало.  Невозможно не уничтожать под такую музыку! Я вам покажу - подглядывать!!!

…Да-да.. Что  там дальше? А-а… Мусоргский. Отлично,  ведьмы. Ха-хааааа!!!

Под "Ночь на Лысой горе" дело пошло еще резвее. Валькирии отдыхают!  Все-таки наши пишут круче. Апофеозом разгула Нюрка наметила телевизор. Разгромив его, она  принялась отплясывать на стеклянных обломках, размахивая кочергой. Глюква летала вокруг, как белая фурия, и орала "УУУЯЯЯЯ!!!", что, видимо, означало: « Ура! Анархия! Долой царя!!!»

Но вот утро коснулось горы, ведьмы стали утихать…

 

И тут   зазвонил телефон.

Спина танцорши  напряглась. Нюрка застыла, пораженная пластмассовым Василиском.  Центр неожиданно отключился сам, убив всех членов шабаша.

            Телефон звонил и звонил в наступившей тишине,  требовательно, заунывно… О, да, женские  нервы не выдержали -  она подошла и сняла трубку.    Очко в ИХ пользу… Трубка молчала, однако на том конце явно кто-то был, она чувствовала чужое зловонное дыхание и приготовилась крикнуть какую-нибудь гадость,  но   труба  вдруг первой угрожающе прошептала: "Тебе не удастся уничтожить все,  даже не пытайся. Тебе ничто не поможет." 

Раззадоренная Нюрка восприняла это, как блеф. Конечно, ОНИ все видели, и ИМ очень не понравились ее действия.  ОНИ наверняка примут ответные меры.  Но теперь-то ИХ глаза изничтожены, ха-ха, мерзавцы не могут следить за ее действиями!

"…Сейчас ты стоишь, как дура, и держишь в руках кочергу" - бесстрастно  произнесла трубка.

Клюева оторопела, потом стала озираться… Значит, у них еще где-то осталась камера, которая  видит. Но где?… О, Боже…

«…У тебя  на лбу синяк. И это только начало! Скоро ты начнешь подыхать с голоду…»

-          Что… Что вам нужно?!!

Трубка гаденько хихикнула женским голосом.

Ааа-а!…  Вот ты где!

Через секунду  боевая кочерга опустилась на хлипкое тело телефона-предателя… Нюрка покопалась в  затейливых кишках, но камеры там не обнаружила. Плохо… Ну, еще не вечер.

…Сзади что-то взвыло, и через пару секунд А.А.  была сбита с ног разъяренным пылесосом. Однако на это раз она  оказалась вооружена,  и прыгала резво, как пикадор - чудище пало после свирепой борьбы.  Клюева в изнеможении села на труп еще теплого врага, обдумывая ситуацию. Надо быть начеку!

Передохнув, она  накрыла труп скатертью, и еще долго обыскивала холл и прилегающие к нему пространства, однако больше ничего не нашла, и была в отчаяньи -  ЭТИ, хихикая, наблюдают за ее беспомощным мельтешением…  Раз дали порезвиться  - значит, всерьез не восприняли, таят козырь  в рукаве. 

Назло попыталась снова устроить себе праздник, но центр умер.  Оставили без музыки?

Ладненько… Ваш монастырь. Вот вам! - вторая колонка пала смертью храбрых. Она оказалась безглазой. Черт!…

Запал прошел, и вскоре  голод, злость и усталость скосили Клюеву с ног. Она с трудом доползла до сексодрома, но заснуть в перьях и пружинках не смогла, и везде чудились глаза. Поднялась в бильярдную, как самую «чистую»,  взгромоздилась прямо на сукно, завернувшись в куртку. Про сосиску в тесте старалась не вспоминать. Ночью снились голодные кошмары и  люди в черном. Где-то она эти морды уже видела…

Наверное, в кино.

 

Наутро Нюрка настолько ослабела, что не смогла подняться с постели.  Мысли были только о еде. Долго лежала, что-то обдумывая.  Глюква подошла к самому ее лицу и потерлась о щеку, вежливо прося  корма…  Хозяйка безмолвствовала.

Вода кончилась вчера.

Нюрка заплакала, потом забылась в слабости и проспала весь день. К вечеру поднялась - надо что-то делать!  Сдохнет ведь с голоду, и никто ее здесь не найдет.

Надо поесть, иначе не будет сил сбежать.

Она с трудом спустилась на кухню и позвала кошку. Голова кружилась, ноги еле держали. Глюква радостно  сбежала по лестнице и прыгнула на стол, с надеждой  нюхая воздух...  А.А.  одной рукой крепко взяла ее за ошейник, слегка придавив к поверхности стола;  вторую, с ножом, трусливо держала за спиной. Глюква загудела на  грубость, но доверилась и не дергалась.

Из  Нюрки градом катилась соль.

 

 

 

 

3.

 

 

Этот день пребывания в плену выдался самым тяжелым. Нюрка проснулась  вялая, опустошенная.  Голова кружилась. Желудок уже не ныл, а подозрительно молчал. Кошка прижалась рядом - бока ее свалялись, она мерзла. Женщина улыбнулась и погладила белое костлявое тельце. Рука вчера не поднялась,   а ведь до  греха оставалась секунда...  Разум совсем замутнился от голода.

Конечно, ОНИ ждали совсем другого.  Но х… им на все рыло, не дождутся!

 

Может, это все сон?

 

Хватит валяться.  Надо  что-то делать, лежать нельзя. Есть же снег, полно снега! Вот и вода, тупица, совсем мозги током отшибло... Осталось только согреть его на плите или в чайнике, и промыть кипяточком извилины.

Кроме того,  в голову постучался грандиозный план - швырять через забор не шары, а обломки мебели и прочее. Уж это точно привлечет внимание! Кто-нибудь обязательно обратит  внимание на кучу странных вещей у дома, и сообщит хотя бы соседям…

Идея придала сил, и Нюрка воодушевленно стала стаскивать к воротам все более-менее годные предметы, которые могли быть переброшены  на волю. Первой пошла в ход бытовая техника - вся, кроме чайника, в котором Нюрка по окончании работ намеревалась вскипятить снег, и оставшихся телефонов. Да, первый раз она поступила опрометчиво, но всех трубок лишаться нельзя – мало ли что…

 После полутора часов напряженной работы за ограду было выброшено все, что плохо лежало в холле, кухне и спальне, включая разломанные части стульев.  Пыталась метнуть и фаянсовые крышки от бачков, но перекинуть не хватило сил. Однако материала и так  набралось достаточно; мимо такой замечательной свалки никто не должен пройти равнодушным!  Почему хорошие мысли всегда приходят так поздно?!…

Нюрка набила снегом чайник, отнесла его на кухню  и поднялась во флигель - в бильярдной еще оставались шары,  два кия и развороченная люстра.  Надо и их тоже швырнуть, за забором они принесут больше пользы… Жаль, хороший был бильярд! Так и не удалось приобщиться к богатой жизни…

Нюрка горестно вздохнула,  собирая обломки в пакет.  Глюква сидела на подоконнике и глядела куда-то вдаль.  Интересно, куда все время с умным видом смотрят кошки? Ведь  они близоруки. Может,  заметила какое-то движение?…

А.А. поставила пакет на пол и подошла к окну.   Солнце уже садилось, через полчаса станет темно... Закат раскрасил изморось по углам стекла в оранжевое.  В соседних домах зажглись огоньки… Ой, какое сегодня число? Господи… Сколько дней она здесь уже?  Пять? Нет, шесть уж точно, кажется… Да! Значит, тридцать первое?! Не может быть… Сегодня праздник! 

Все его встречают, как люди,  одна Клюева, как всегда, вляпалась в историю.

Это карма?…

«Люююдииииии!!!…»

 

Мимо пролетела  мелкая птица, спеша на ночлег. Кошка дернулась было, но взяла себя в лапы.  Нюрка подслеповато вгляделась в окрестности – Господи, какая красота! Все горит в роскошном закате – синяя стена леса,   крыши домиков, занесенные снегом… В окнах – яркий свет, елки,  дети, праздничные куры… Коттеджи  все уродливо одинаковые. Сейчас так  строят, ни ума, ни фантазии. Словно игрушечные, из картона…  Но в них – веселье и сытость…

Постойте-ка… Бог мой…

Так и есть – из картона! У них же  одни фасады!!! 

 

Новость сразила  наповал.

До темноты,  до ножей в глазах  она всматривалась в  крыши и окна, и сомнений быстро не осталось - все это были муляжи, подобно тем, что лепит  Голливуд в ковбойских фильмах. За гипсокартонными фасадами вечерами по чьему-то велению  зажигались лампочки, создавая иллюзию живого поселка.

Сверху театральным софитом висела Луна.  Она была как настоящая, но Нюрка уже не могла поручиться… Так, значит, нет никакого поселка?!…

 

Рядом заверещал телефон,  вновь заставив женщину болезненно вздрогнуть. Что делать? Как поступить?…

Она осторожно взяла трубку, решив гордо молчать.

"Теперь ты поняла, что тебе  никто не поможет?"

Вот сволочи. Как они узнали?… У них и тут еще камера!!!  Где?!…

Нюрка изо всех сил грохнула телефон об пол. Если ОНИ все видят - пусть смотрят. Она не сдалась!

Надо уничтожить трубки, все равно с них нельзя позвонить. В спальне нашлась еще одна, последняя, и была зверски убита. Теперь ИМ не застать ее врасплох звонками.

Значит, ОНИ придут сами?

Эх, хорошо бы перебить все стекла… Нюрка стала спускаться на кухню, и по дороге ее ждало новое потрясение – светильники  погасли так неожиданно, что женщина  упала с лестницы, наступив на кошку. Глюква заорала благим матом… Особняк остался без света. ОНИ сделали свой ход!  Скоро в Дом придет холод, так как отопление в подвале наверняка не работает без электричества…

Зона «Ж»…

Здравствуй, Жопа, Новый Год?…

 

Темнота пугала. В холле, потирая отбитый копчик,  она села и ощупью вывернула  сумку – может, там найдется еще одна зажигалка?… Что-то стукнуло о паркет и покатилось – фонарик!  О, как кстати! Еще живой.

Клюева долго не могла вспомнить, откуда у нее такой фонарик.  Наверное, Любка положила, когда паковали сумку.  Какая умница!…

 Вместе с кошкой они попили мутной, холодной  сырой воды. У Нюрки свело зубы, и она недетски выругалась. Пусть слышат!  Глюква молча лакала свою долю, опустив хвост. Дом погрузился  во тьму, и было тихо-тихо, словно перед бурей. Сегодня  в полночь случится что-то ужасное, уж слишком обещающа  прелюдия… Настоящий концерт скоро начнется,  в этом  А.А. уже не сомневалась, угрюмо почесавшись в неположенном месте – сказывалось отсутствие воды.  Сидя на табуретке в кухне и жуя сырую сигарету, она на мгновение отключилась от слабости,  и не заметила, как погрузилась в сон.  Когда проснулась, была уже половина одиннадцатого. Закат потух,  окном  чернело небо,  забрызганное  ледяными алмазами звезд…

Небо в алмазах.

Стоп!

Если ОНИ вырубили свет, может, его уже нет на и заборе?!  Значит, есть шанс… Срочно проверить!!!

 Быстрей, быстрей, шевели задницей, старая перечница… Сначала в ванную. До полночи осталось чуть больше часа!  Обернув ручку кочерги  в резиновую шапочку для душа, Нюрка выскочила на мороз.  Кошка  тоже запросилась  на улицу, но дверь закрылась перед любопытным носом.  Глюква пописала на коврик и гордо удалилась на останки холодильника.

Мороз трещал нешуточный, недаром так звездно… Нелепое сооружение оказалось на месте, только покрылось искристой белой шапкой. Тут же валялось вросшее в снег одеяло и табуретка кверху ножками. С трудом все очистив и взобравшись на столик, Нюрка осторожно, готовая  к новым потрясениям,  провела своим оружием по проволокам – но ничего не произошло.  Ура!!!

И лучше не думать о том, что будет, если свет дадут во время перелезания… На все-то воля  Неба… Вдруг ОНИ сейчас наблюдают за ней?  Вряд ли, иначе давно бы приперлись, видя приготовления к побегу. Видимо,  камеры по правилам игры жили только в стенах Дома. Отлично, тогда она точно успеет скрыться.

Нюрка обернулась и показала «фак» куда-то в темноту, на всякий случай. Затем чутко прислушалась к зазаборному пространству;  все было тихо – значит, они еще далеко. 

С Богом!…

 

Выпущенная кошка без особой радости принялась обнюхивать снег у крыльца, и тут же запросилась обратно…  «Нет уж, милая.  Это не наш Дом…»

С этой мыслью хозяйка подошла к камину и отвернула газовый вентиль до упора. Пропан  гадючно зашипел, быстро наполняя помещение вонью...  Плотно закрыв все двери в холле,  Нюрка покинула  особняк.

 

 

…Минут сорок женщина упорно карабкалась на волю. Один раз свалилась с табуретки, мозжечок подвел, но удачно - в сугроб,  потом стала осторожнее.  Сил  оставалось мало, руки тряслись, но страх и решимость  гнали  на очередной штурм, отступать все равно было некуда - уже переброшены через забор сумка и Глюква.

Без двадцати полночь, беспомощно вися на одеяле,  Клюева увидела вереницу приближающихся огней. Один, два, … три! Три черных машины медленно  выползли из леса, и, виляя между бутафорией,  приближались к Дому.  Она засуетилась и неуклюже сбросила  себя на землю,   распоров ногу о предательскую проволоку.  На бедре черным пятном тут же  вспухла  кровь.  Женщина закусила губу, чтоб не заорать – орать нельзя,  вдруг услышат… 

Снег под забором был по колено,  смягчив падение.  Прижав ладонь к ране, она постояла немного, приходя в себя.  Затем, с усилием выдергивая сапоги из  снежного болота,   двинулась к темнеющей стене леса. Скорей, скорей!… Так, сумку придется бросить, взять только деньги и документы. Пусть подавятся!

 Кровь из раны побежала  быстрей. Идти стало совсем тяжело, и она, тяжко дыша, привалилась спиной к одному из фасадов. Фасад затрещал, Нюрка поспешно отпрянула , но было поздно – говенное сооружение  накренилось, потом переломилось сразу в нескольких местах и грохнулось прямо на нее, вдавив  в сугроб…

Вся в ссадинах и ушибах, Нюрка с трудом выползла из-под обломков, повертела башкой…

Обошлось. Но теперь ОНИ точно заметили.

Силы почти покинули ее.  Правая штанина потемнела еще больше.  Шатаясь, Нюрка слабым голосом позвала кошку, без особой надежды: «Глюква, Глюква!…»

И та появилась. Проваливаясь  в снег по самые уши,  подползла к хозяйке, ткнулась теплым носом в исцарапанное, заиндевевшее человеческое лицо.  К счастью, куски гипсокартона не достали кошку. Женщина  вновь двинулась к лесу, с завидным упорством.  Она примерно помнила, где проходит дорога, но пришлось сделать крюк, чтобы  не увидели ТЕ.  Теперь же, когда с грохотом рухнула фальшивка,  шансов скрыться почти не осталось…  Но надежда должна умереть последней, так что еще не все потеряно!

 

 

Машины  остановились перед воротами рваным полукругом, из них, ежась,  вылезло с десяток людей в черном. Их лица были неразличимы в темноте,  некоторые возникали  лишь на мгновенье  после щелчка зажигалки; приехавшие  нервничали.  Высокий мужик в длинном пальто  и треухе крикнул в микрофон у рта:  "Дайте свет, что ли! Ни х..я не видно…" и вставил ключ в аварийное гнездо.  Дверь  неохотно открылась,  люди быстро проследовали к  погруженному в темноту Дому. 

 Вскоре все они сгрудились у двери, не решаясь войти. Кто-то вытащил фонарик, посветил на замок:

-     Евгений Алексеевич, осторожно - дверь не заперта! Она что-то задумала…

Один из присутствующих нагнулся  и подозрительно повел носом:

-          Пахнет газом. Довольно сильно.

-          Проклятье… И правда… Стоо-оп! Отставить свет!  Никому не курить!!!

 

Бычки были тут же спешно  затоптаны в снег,  оператор в спецмашине блокировал подачу электроэнергии в Зону.

-          Фу-у ты, Господи… Чуть не взлетели. Почему не отключили газ?!

-          Не было приказа.

-          Умники, б..я…  Чуть не сорвали проект!  Что тридцать третья камера?

-     Объект ранен, удаляется в лес.  Изображение скачет, видно плохо…  По нашим расчетам, минут  через десять выйдет из Зоны к шоссе, мы можем ее потерять.  Послать «попутную» машину?

-     Да!  Работаем по запасному плану. Пусть везет сразу в Зону "Х", там все готово под больницу.   Продолжайте следить. Господа! Быстро осматриваем дом и едем туда.

-          Понял…

Коренастый хмырь что-то забубнил в гарнитуру.

-     Машина пошла. Черт! Оператор говорит, что картинка только что исчезла…  Звук, правда,  есть.

-          Что  значит – исчезла?!

-          Не знаю… Возможно, засунула кошку в сумку.

-          Этого еще не хватало! Догадалась?…

-          Вряд ли. Наверное, Глюква просто не может идти по глубокому снегу.

-          Тогда почему она ее не бросит?

-          Не могу знать…

-     Вечно вы ни хрена не знаете. Кстати, на забудьте выпустить Четвертого из подвала.

Высокое пальто, ругаясь,  вытащил из кармана платок и прижал к носу:

-    Где  фонарь? Петрович,  возьми двоих ребят и обойди дом,  посмотри, нет ли где сюрпризов. Ну, пошли, что ли…

Он решительно рванул на себя дверь. Привязанная внутри за ручку длинной веревкой, хлопушка  радостно  облегчилась  в темноту…

 

Нюрка, прижимая к себе под курткой испуганную, замерзшую  кошку,  упрямо продиралась сквозь  елочный кордон. Где-то шла, где-то ползла, оставляя темные капли на снегу. Руки в вязаных варежках заледенели. Шапку она потеряла, рыбий капюшон не грел, в волосы набился снег.

…Хорошо бы сейчас посидеть у костра… Но лучше на зарево за спиной   не оглядываться,  да и не нет в том нужды - путь  освещает Луна. Нюрка почувствовала, что еще немного – и она просто упадет в снег. В такой мороз это равнозначно смерти.  «Мамааа-а-а…!!!» - завопила она  в черное небо.

И мама услышала.

Деревья вдруг услужливо расступились,  обнажив придорожную полосу.  Однако ночное шоссе было совершенно пустынным. Ну конечно! Кто сейчас ездит? Все нормальные люди уже встали с бокалами в руках и слушают президента… 

Сквозь слезы отчаянья она увидела, как справа приближаются  два опоздавших  к празднику  жизни автомобильных глаза – и Анна Александровна, истово махая рукой,  прорубаясь через наст,  как погибающий ледокол,   заковыляла  наперерез…

Старый «Москвич» проскочил мимо, но затем остановился и подал назад.  Из двери высунулся косоватый,  тщедушного вида мужичок.  Он сразу не понравился Клюевой, но выбора у нее не было. Глюква  бодро запрыгнула в теплый салон; Нюрка  села с трудом, баюкая раненую ногу. 

Вскоре ножницами из аптечки она  разрезала штанину и теперь, как могла, обрабатывала длинную рану.  Глаза у мужичка выползли:

-          Вам надо срочно в больницу! Где ж это вы так?!

-          Напоролась на гвоздь… У вас есть что-нибудь поесть?

Мужик открыл бардачок и вытащил оттуда кривой бутерброд с сыром, завернутый в фольгу:

-          Жена дала, да так и не съел. Держите!

Нюрка с благодарностью впилась в подарок - кошка и мяукнуть не успела…

-    Однако,  без одной минуты… С Наступающим вас, дамочка!  - водила повернул острый носик к попутчице и весело подмигнул:  – Вот здорово! Думал, один встречу… Какая свадьба без баяна?  Выпить не хотите?

-          Хочу… - прошептала Нюрка.

-     Сзади  в «дипломате» лежит шампанское.  Домой вез, но раз такое дело…  К тому же, вам явно необходима общая анестезия! Довезу вас  до ближайшей больницы.

-          Мне бы в город… у меня там срочные дела.

-     Никаких "но"! Вы потеряли много крови, и вообще, может быть заражение. Сечете? А за меня не волнуйтесь, все равно уже опоздал.

-     Вот спасибо!  Ой… У него ручки нет. Постойте… Мы с вами нигде  не встречались?

Мужик внимательно посмотрел на исхудавшую, грязную Клюеву:

-          Не… Не думаю.  Ну что, поехали?

 

Через двадцать секунд к залитой лунным светом обочине подвалил серый джип. Невидимая за стеклами блондинка хищно осмотрелась:

- Зона "Ж"! Тут никого нет. Объект еще не появился.  Подтвердите, что он идет сюда. Зона, вы меня слышите? Зона?… Отвечайте!!!

 

Над лесом миллионами огней разбилась хрупкая сказочная полночь. Где-то среди них была и Нюркина счастливая звезда…

 

 

 

 

 

  Январь 2002 г.

 

 


Начало истории про Нюрку читайте здесь:

 

 


 

   TopList    Яндекс.Метрика
Лента |  Форумы |  Клуб |  Регистрация |  События |  Слеты |  Маршруты (Хронобаза) |  Фото |  Хроноальбом | --> Видео |  Радио Статьи |  Лодки |  Турснаряжение |  Тексты |  Отчеты |  Худ. литература |  Марфа Московская |  Марфа - рассказы |  Заброска |  Пойду в поход! |  Карты |  Интерактивная карта |  Погодная карта |  Ссылки |  Поиск |  Реклама |  Белая Сова |  База |